Темные времена

— Но, господин! — запротестовал Стефий, всплеснув руками. — Рана воспалилась! Так и до беды недалеко! Вам надо лежать!

— До беды недалеко, говоришь? Беда будет, когда нас шурды догонят. Делай, что я сказал — закрой рану и усмири боль. Рикар, смастери мне перевязь для руки. Скажи остальным, что хватит на меня пялиться, пусть готовятся к выходу. Сегодня надо дойти до Подковы любой ценой.

Рикар несколькими зычными окриками заставил людей и гномов двигаться, и в лагере началась кипучая деятельность — собирали одеяла, вновь размещали детей на волокушах, спешно кормили и запрягали лошадей.

— Господин, рану вскрывать и чистить надо, — еще раз попытался образумить меня вихрастый Стефий, протягивая мне знакомые корешки. — Зараза глубоко внутри сидит.

— Как доберемся до дома, там и вскроем, и почистим, и подлечим. А пока забинтуй все это дело, да потуже.

— Слушаюсь, господин.

Стефий четко выполнил мое указание, и вскоре рана скрылась под новым компрессом из измельченных трав и свежими бинтами.

— На сколько хватит действия трав? — спросил я.

— До полудня должно хватить, — ответил Стефий.

Приложив мне к груди ладони, Стефий закрыл глаза и замер, едва шевеля губами. Опустив голову, я внимательно смотрел на пальцы юноши и вскоре заметил знакомые искорки — юноша лечил меня, используя собственную жизненную силу. Как только боль в плече полностью исчезла, я решительно отступил на шаг:

— Хватит. Я в порядке.

За это время здоровяк уже соорудил прочную перевязь из обрывка кожаного ремня, что позволило мне обездвижить руку.

В голове на мгновение мелькнула предательская мысль — скинуть пару мешков зерна с волокуш и занять их место, но я преодолел слабость и махнул рукой, давая сигнал Литасу. Волокуши тронулись с места, и наш отряд вновь пустился в путь. С неба, кружась, упали первые снежинки.

Последний день пути обещал был трудным.