Темный дар для попаданки. Финал

 – Мы с магистром Дарвиззом приняли меры. Просто сделайте то, чему вас обучали.

Что ж, никто с ним спорить не стал.

Глава 18

Остаток дня мы провели, бродя по деревне. Там и правда не нашлось ничего интересного: одна улица, штук двадцать домов, кучи навоза, в которых гребутся взъерошенные куры, чахлые огородики и пара тощих коров с печальными глазами.

За деревней виднелся заброшенный тракт, почти поглощенный лесом. Туда нам одним ходить запретили. Там начинались болота.

Староста Фиц рассказал, что когда-то по этому тракту шли обозы в Альстремсилл – столицу Ленорманна.

Трактир тоже не пустовал. Многие путешественники останавливались здесь, чтобы переночевать и поесть. Но однажды все изменилось.

Из Руртранарка пришли некроманты и некромаги, наслали мор, подняли нежить. Из Ленорманна явилась армия боевых магов. Они сумели отогнать Темных, но большая часть деревни сгорела, люди разбежались, а тракт закрыли из-за подступивших болот.

И вот теперь где-то на тех болотах нам предстояло найти и обезвредить аномалию.

Ужинали мы все вместе, но разговор за столом не клеился. Впрочем, это даже к лучшему. Мне некогда было болтать, я работала ложкой.

Потом все начали расходиться по комнатам. Нам с Арикой и Миркулой досталась одна на троих, парней тоже расселили по трое.

Я поднялась на второй этаж вслед за девчонками. Миркула первой вошла в нашу комнату.

Я проводила ее удивленным взглядом.

За весь день мы так толком и не поговорили друг с другом. А сейчас она просто сбежала.

Когда я вошла, Миркула лежала на кровати, закинув руки за голову. Полностью одетая, только ботинки сняла. Она встретила меня молчаливым взглядом и отвернулась.

Здесь было шесть односпальных деревянных кроватей. Я заняла ту, что подальше от входа.

"Белье здесь вызывало сомнение. Жесткая серая простыня с желтыми пятнами, такое же покрывало. Туалет, как я уже успела увидеть, просто дырка в полу. К тому же на улице. Вместо умывальника – таз и кувшин на подоконнике. Точно не пятизвездочный отель из моего мира. Даже помыться негде.

– Разуйся, – зевнула Миркула.

Я недоуменно повернулась на голос.

– Разуйся, говорю, – повторила она.