Тёмное прошлое. Пальмовый дневник каракала полиции

Дверь в их нору всегда обмазана мёдом и облеплена мухами, скрестись в неё неприятно – но я поскреблась. Никто не открыл. Только Медоедик заплакал ещё громче. Я толкнула дверь – и она распахнулась с противным скрипом. Очень странно. Медоедка всегда запирает её изнутри от хищников.

Я вошла. В норе пахло мёдом и грязными пелёнками Медоедика. Рыдания Медоедика неслись из подвала, а когда он на несколько секунд умолкал, чтобы набрать в лёгкие воздуха для очередного вопля, слышались звуки бубна и монотонный бубнёж шамана.

Я прошла по коридору. На полках, как обычно, была целая выставка горшочков с мёдом, но я заметила, что некоторые перепутаны местами: Медея всегда расставляет их по размеру в порядке убывания, а тут за горшком поменьше стоял горшок побольше. На неё это было непохоже.

В роскошной гостиной в бананово-лимоновом стиле было не убрано. Диван, обтянутый лимонной кожурой, липко блестел от мёда, к спинке его прилипло несколько перьев. Я всерьёз забеспокоилась: Медея всегда держала дом в идеальной чистоте и первую уборку делала рано утром, как только просыпалась.

По винтовой баобабовой лестнице я спустилась в подвальное помещение – там у шамана была гримёрная. В ярко-голубом свете встроенных в потолок скорпионов, перед огромным, во всю стену, переливавшимся радужными цветами александритовым зеркалом, в центре гримировочного стола лежал и вопил запелёнутый Медоедик, а вокруг него скакал взъерошенный, обмазанный мёдом и обклеенный перьями шаман с бубном.

В первую секунду я подумала, что Медоед-шаман спятил и решил принести собственного детёныша в жертву Богам Манго. Но потом он запел, и я поняла, что ошиблась:

Деточка саванны!

Слушайся шамана!

Не ори мне в ухи!

Я тебе спою!

К тем, кто орёт в ухи,

Прилетают духи

И сжирают душу,

Баюшки-баю!

Деточка шамана!

Не ори в саванне!

Хватит этих воплей!

Ради всех богов!

Боги строги, опля!

Боги благи…

– Он не перестанет орать, если ты будешь плясать над ним с бубном и петь, – вмешалась я.

– Я другого способа, кроме как камлать с бубном, не знаю. Только так я умею заставить зверя вести себя правильно. Если этот способ с ним не работает, что же мне тогда делать, о Боги Манго?! – Медоед в отчаянии трижды клацнул зубами.

– Я сегодня за Богов Манго. Сейчас передам, что они велят тебе делать.

– Кыся мяу!.. – всхлипнул Медоедик.

– С тобой тоже говорят боги? – изумился шаман. – А я думал, они с самками не общаются.