Темная для господина следователя (СИ)

– Кто оповестил вас о наших несуществующих отношениях?

– Начальник тюрьмы. Но я знаю его много лет, и подозревать его в каких-либо связях с преступниками. Даже думать противно.

– Он мог просто услышать, о чем говорят охранники и заключенные, – пожала я плечами. – Но мы попробуем не опровергать эти слухи. Мне интересно, как отреагируют допрашиваемые, тем более, мы не дошли до того, кто нам нужен нас самом деле.

– Маринуете Тейта? – усмехнулся начальник. – Это я сразу понял, когда Карл мне рассказал, как вы проводили допросы.

И про то, что прикрывались щитом после разговора с Местором, тоже сказал. Не доверяете охранникам? Правильно, нечего им лишнего слышать. Туда берут тех, кто не прошел отбор к нам. Ладно. Свободны. Надеюсь, в ближайшие дни ваша тактика даст результаты.

– А я надеюсь, сэр, что Тейт и на четверть не так умен, как вы. Иначе наш спектакль будет бесполезен, – я тяжело вздохнула, вызвав новый приступ веселья у командора.

Мы вымелись из кабинета, а Нейтон облегченно выдохнул.

Либрем неожиданно же «намурчал» какой-то веселенький мотивчик.

– Что смотрите, сегодня в движе услышал, – возмутился он на наши недоуменные взгляды. На самом деле, было видно, как ему стало неловко, за то, что мы услышали. Ведь он должен быть ледяной глыбой, айсбергом, а тут такое «траляля». – После обеда жду вас на стоянке, префект, – он поторопился спрятаться в своем кабинете.

– Неожиданно, – хмыкнула я. – Ну что, пойдем поработаем? Раз все утряслось.

Мы прошли пару метров, прежде чем на нас из пола вылетела Мартина.

У нее горели глаза в предвкушении, и от этого она выглядела немного ненормальной. Настолько, что мне вдруг ее захотелось развеять.

– Вот вы где! Скорее! Авель кое-что нашел и хотел бы рассказать, пока никого в кабинете нет! Ведь доверять никому нельзя! – она подняла вверх указательный палец и устремилась в отдел.

Пришлось поторопиться за ней. Секунд выглядел немного ошеломленным, он то и дело смотрел бумаги и словно не верил тому, что там было написано.

Вообще, он выглядел так, будто новость, которую нужно сказать, он предпочел бы забыть. Мартине в конце концов надоело то, что он мнется.

– Говори уже, негодный мальчишка! – уткнувшись ему почти нос к носу, рявкнула она. – Говори, пока твои товарищи не вернулись. Об этом никто не должен знать, кроме нас четверых!

– Но как? Я думал в отделе нет тайн… Если они касаются дела, которое ведут всех, – парень аж сел от такого напора.