Таня Гроттер и Локон Афродиты

Луций Элий Аврелий Коммод отправился в небытие с первым же потусторонним поездом.

– О! Значит, наша взяла? – сказал Халявий, разглядывая щуку. Затем он разжал руку и бросил щуку в ванную.

– Ваша, ваша! – недовольно сказала щука, со всплеском падая в воду. – Можете загадывать желания, Тартар бы вас взял! По правилам магических поединков всякий, кто победит врага и подарит ему жизнь, имеет право на одно желание! Ну-с, я вас слушаю, мальчики!

– А подумать можно?

– Чего низзя – того низзя! – сказала щука.

– Я хочу, чтобы Нинель меня любила и перестала валять дурака! И немедленно оказалась здесь! – крикнул дядя Герман.

Щука задумалась.

– Хм… Вообще телепортация лопухоидных тел такой чудовищной массы затруднительна, однако желание клиента есть желание клиента.

Щука нырнула. Когда она вынырнула, в зубастом рту у нее был тонкий длинный прут.

– Возьми эту хворостину! Ударишь жену по спине – будет любить тебя всю жизнь. Сильно ударишь – сильно будет любить. Слабо ударишь – ну, я предупредила… Хозяин, как грится, барин! – пообещала щука. – Теперь твое желание, Халявий!

Оборотень подпрыгнул, прищелкнул в воздухе ножками и крикнул:

– Эх, если б блохи так не кусались!.

– Что?! – взревел Дурнев, занося телефонный справочник. – Да я сейчас тебя Нижинским сделаю!

– Поздно, поздно, поздно! Я уже успел! – пропищал Халявий.

– Спокойно, древние мальчики, без сцен у фонтана! – лениво сказала щука. – Дорогой Халявий! Блохи кусаться не будут! А вот второе и третье желание исполнять я не обещала.

Щука раздраженно плеснула хвостом и, окатив Дурнева с Халявием водой, скрылась в джакузи. Дядя Герман мрачно посмотрел на Халявия и шагнул к нему.