Тебе принадлежу

— Она вообще-то и твоя подружка, - дышу громко, еле сдерживаясь, чтобы не стукнуть этого балбеса, дети, блин, великовозрастные. — Нет, ну ладно они, но ты, — развожу руками и закатываю глаза.

—А что я? – удивляется наигранно. — Я вообще-то был уверен, что ты пошлешь Демина в пешее эротическое, я, между прочим, единственный, кто ставил на тебя.

Нет, я его точно сейчас стукну.

— А Юлька с Киром, значит, были по другую сторону баррикады? – уточняю на всякой случай.

—И Дима, — добивает меня друг. В смысле Дима?

—Он же не знал о намерениях Макса, – говорю потерянно, совершенно ничего не понимая.

По кухне раздается раскатистый смех Матвея, он даже руки опускает, хватаясь за живот. И что его так рассмешило?

—Гром не знал? – сквозь смех произносит Матвей, у него даже слезы на глазах выступают. — Юлька ему первому сообщила, как только Макс завалился к Олегу просить твоей руки.

Ну, братец, я тебе устрою. Строил из себя грозного защитника, отстаивающего честь сестры, а сам, сволочь такая, все прекрасно знал и стремился выиграть спор.

— И вы решили поспорить? – вздыхаю я.

— Ну да, о, да брось, мы же, любя, — улыбается друг. — Ребята поставили на то, что Макс своего добьется меньше, чем за неделю, он же как танк, — усмехается Матвей. — В общем, Котя, я продул, вот не могла ты пару недель повыделываться? – произносит он с серьезной миной.

—Я тебе сейчас покажу повыделываться, — рявкаю на лучшего друга и все-таки бросаюсь на него с кулаками, правда удары мои для него все равно, что укус комара, шкаф здоровенный, чтобы его.

—Пусти меня, предатель, — вырываюсь из захвата, но куда там.

—Да перестань, — смеется друг мне в ухо. —Я, между прочим, пострадавшая сторона, мне теперь по твоей, Котя, милости, придется возглавить бизнес отца.

Перестаю вырываться и удивленно смотрю на друга. Серьезно? Они на это спорили? Ни один из близнецов не хотел возглавлять строительный бизнес дяди Саши, каждый хотел заниматься своим дело и, если Кир бы еще мог встать у руля, то Матвей всецело жил компьютерами, как и его мать и строительство его не интересовало от слова совсем. Но отец поставил условие, либо они сами решат, кто из них займет кресло генерального директора, либо решит он.