Тебе принадлежу

За ним вечно шлейф из девчонок тянется, чем он непременно пользуются, еще бы: высокий, спортивного телосложения, его огромные голубые глаза эффектно контрастируют с темными, зачёсанными на бок волосами, а правильные черты лица и легкая небритость в сочетании с черной рубашкой, придают ему особый шарм."

"— Женщина, ты вообще-то замуж выходишь, нечего на меня так смотреть, — Матвей продолжает смеяться, стоя на пороге. — Может пригласишь войти лучшего друга? – подмигивает он, подталкивает меня в квартиру и запирает дверь.

Замечаю в его руках пакет с логотипом итальянского ресторанчика.

— Ты всегда в гости с готовым ужином ходишь? – улыбаюсь другу и попутно скидываю балетки.

—Только к тебе, Коть, — отвечает он, одаривая меня своей лучезарной улыбкой, разбившей сердце не одной девушке.

— Пойдем, — беру из его рук пакет и несу его на кухню, пока Матвей справляется со своей обувью.

На кухне он появляется спустя пару минут. Встает у входа, оперившись плечом о косяк и сложив руки на груди. Поверить не могу, что он действительно здесь, даже не предупредил зараза.

— Где у тебя тут руки помыть? – спрашивает друг, когда я ставлю пакеты на стол. А ведь и правда, на радостях я совсем позабыла о такой мелочи.

—Пошли, — прохожу мимо него, Матвей следует за мной. Открываю перед ним дверь в ванную. — Прошу, — жестом предлагаю войти и сама вхожу следом. Быстро вымыв руки, оставляю Матвея одного и вернувшись в кухню, достаю из шкафов нужную посуду. В пакете помимо еды отыскивается вино, словно на свидание пришел, ей-богу.

Матвей такой Матвей, улыбаюсь и качаю головой. Вынимаю контейнеры с едой, открываю поочередно и вдыхаю приятный аромат. Подготовился засранец, пасту мою любимую притащил, как пить дать допрос с пристрастиями устроит. Выдвигаю один из ящиков, нахожу в нем штопор, к счастью, за две недели проведенные в квартире Макса я обшарила здесь каждый уголок. Не успеваю взять бутылку, чтобы откупорить, в кухню входит Матвей.

—Ты нормальная? – рявкает. — А ну дай сюда, не женское это дело, — ухмыляется и выхватывает у меня бутылку вместе со штопором, при этом осуждающе качая головой.

— Ты не на свидании, Авдеев, — тыкаю его в бок, тоже мне, покоритель дамских сердец.

— Коть, давай ты не будешь портить момент, я может, узнав от твоей свадьбе понял, что всю жизнь тебя любил и не в силах отдать другому, — произносит он с трудом сдерживая смех, правда, секунд десять спустя все-таки не сдерживается и начинает ржать, как лошадь Пржевальского.