Тебе принадлежу

—Доброе утро, —обращаюсь к стоящему спиной отцу и потупив взгляд, устремляю его в пол, не хочу видеть в его глазах то, что видела в них вчера.

—Доброе, — отвечает отец, и, к своему счастью, я не слышу в его голосе раздражения, поднимаю глаза и натыкаюсь на улыбку. Выдыхаю от нахлынувшего облегчения, подхожу к нему и обнимаю крепко.

—Прости, пап, мне не следовало себя так вести, —говорю, утыкаясь носом в грудь отца, мужчина он у нас крупный, мама рядом с ним Дюймовочкой кажется, впрочем, и я недалеко ушла. Вот Димка пошел в отца.

"

"—Завтракать будешь, ребенок? – спрашивает он, продолжая улыбаться.

—Конечно буду, — завтраки в исполнении отца просто восхитительны, никто в трезвом уме ни за что не откажется от его кулинарных шедевров. Это он у нас маму так балует. Отлипаю от отца, давая ему возможность вернуться к своему занятию и радуясь, что он на меня больше не злиться. — Тебе помочь? – спрашиваю, когда он вновь поворачивается к плите.

—Я справлюсь, — улыбается отец и кивает на стул, мол, сядь и не мешай.

Пожимаю плечами и делаю так, как он просит. Знаю, что разговор нам еще предстоит и покорно жду, когда его начнет отец. — Ешь, - говорит он спустя несколько минут и ставит передо мной тарелку и кружку горячего кофе.

—А мама? – спрашиваю прежде, чем приняться за еду.

—Мама еще спит, — отвечает отец, — она устала за эту неделю, пусть отсыпается.

Снова не могу сдержать улыбку. Вот как на него можно злиться и обижаться, когда он с таким трепетом относится к своей семье? Вчера я была слишком возмущена и обижена, чтобы понимать — каждое его действие продиктовано заботой о семье.

И пусть, относительно Макса я с ним не согласна, не могу отрицать, что папа желает мне только добра, просто, в его глазах Максим Демин — лучшая партия для меня. Папа никогда бы не согласился на этот брак, не считай он Максима достойным кандидатом, и никто бы не смог повлиять на его решение.

—Скажи мне, он тебе настолько не нравится? – отец ставит на стол еще одну тарелку и садится напротив, его взгляд тут же становится серьезным, с лица сходит улыбка.

Откладываю вилку, поднимаю взгляд на отца, понимаю, что от этого разговора никуда не деться. Знаю, что он хочет видеть Макса своим зятем. Сын лучшего друга — тот, кому не страшно поручить любимую дочь. Молчу, снова кусая губу, что он хочет услышать? Какая разница, нравится Макс мне или нет, это ничего не изменит. Я видела вчера глаза отца, мой отказ его сильно разочарует, принуждать он меня, конечно, не станет, но и рад не будет.