Таня Гроттер и перстень с жемчужиной

Дуся хихикнула.

– Слушай, к кому из наших ты еще полетишь? К Зализиной и Бейбарсову полетишь?

Ягун подтвердил, что полетит.

– А где их искать знаешь?

– Смутно. А у тебя адрес есть?

– Да. Мне недавно от Лизки открытка пришла! – сказала Дуся, выпуская искру.

В тесном коридоре искра полыхнула так ярко, что из офиса пластиковой посуды сразу высунулись головы, интересуясь, нет ли пожара.

– Привет, мальчики! – Дуся послала им воздушный поцелуй.

«Мальчики» исчезли.

– А эти пивняки хоть бы выглянули! Им все по барабану! – с негодованием сказала Дуся, кивая на дверь склада.

В ответ на призыв искры в руке у Пупсиковой появилась открытка, которую она немедленно вручила Ягуну. Открытка выглядела неважно. Похоже, ей пришлось протискиваться через одну или две стены. Обратный адрес, однако, вполне читался.

Ягун спрятал открытку в карман, решив не утруждать себя запоминанием адреса.

– Семь-Пень-Дыр показался мне каким-то странным, – сказал он, пытаясь навести разговор на интересовавший его предмет. Может, теперь, без Попугаевой, Дуся будет разговорчивее?

Пупсикова поморщилась.

– Дыр и есть странный… Связаться с этими! Когда мы с Веркой увидели их вместе, я ваще отпала… Как можно до такой степени не иметь мозгов?

– С кем он связался? – быстро спросил Ягун.

Пупсикова задумалась.

– Не важно… не могу сказать… не помню, – сказала она плачущим голосом.

Ее лицо стало несчастным. Прежде чем сознание Пупсиковой захлопнулось, осторожно подзеркаливающий Ягун понял, что Дуся действительно не помнит. Более того, не смогла бы описать или представить себе тех, кого видела с Дыром, даже при огромном желании.

«Частичное зомбирование!» – сообразил Ягун.

– Ну пока, Дуська-Пуська! Рад был тебя увидеть! – сказал Ягун.

Пупсикова, которую не принуждали больше думать о Семь-Пень-Дыре, с облегчением улыбнулась.

– Лизке и Глебу привет! Скажи, что я им собираюсь написать. Может, даже и соберусь, – сказала она, губами прощально мазнула Ягуна по щеке и, цокая каблучками, заспешила куда-то.

Поняв, что прощание состоялось, играющий комментатор отправился за пылесосом.

– А я ведь Дуське когда-то нравился курсе эдак на втором. И куда все делось? – пробормотал он с сомнением.

* * *Дверь на крышу, где Ягун оставил пылесос, была открыта. Двое рабочих задумчиво поплевывали в вентиляционную шахту.

– А фиг его знает, где там засор? Мне что туда, прыгать, что ли? – говорил один другому.

Второй не отвечал, но заметно было, что его мнение совпадает с авторитетным мнением коллеги.