Таня Гроттер и перстень с жемчужиной

– Это не тот! Тот смуглее, шерсть на голове не того цвета и боковые наросты не оттопыриваются! – нетерпеливо сказал другой наляп.

«Так вот как они нас отличают! Емкий словесный портрет, нечего сказать!» – мрачно подумал Ягун.

– Неважно. Все равно это маг. Обшарьте его! – возразил наляп с Ягуновым кольцом.

Ягун попытался пнуть его, однако нога застряла в грязном тесте.

– Что вам от меня надо? Вы хоть понимаете, кого схватили? – спросил он.

– Молчи, маг, и не вертись! Еще раз откроешь рот – сломаю тебе шею! – лениво пробасил наляп.

Это была не угроза, а скорее предупреждение. Для угроз наляпы были устроены слишком примитивно. Ягун попытался подзеркалить, однако на наляпа и его тяжелые, неповоротливые, вылепленные из густой жижи мысли дар телепатии не распространялся.

Неуклюжие пальцы зашарили у Ягуна по карманам, бесцеремонно бросая на пол все, что находили. Отвертка, моток изоленты, запасная катушка зажигания для пылесоса, фотография Лотковой, уставившаяся на наляпов с крайним удивлением.

– Ну! Долго ты будешь возиться? Нашел? – нетерпеливо крикнул старший наляп.

Ищущий поднял пустое лицо.

– Арк! Клянусь тебе: у него нет арте… – начал он.

Старший наляп махнул короткой дубиной. Во все стороны брызнула липкая жижа.

– Нам нельзя этого произносить! – рявкнул он."

"Слова были излишни. Наляп, чья наполненная болотной жижей голова разлетелась как сырое яйцо, лежал неподвижно. Тело быстро оплывало, растекаясь по паркету.

– Эх, мамочка моя бабуся! Была не была! Команда Тибидохса в нападении! – завопил Ягун.

Воспользовавшись тем, что оба наляпа смотрят на оплывающую жижу, он вырвался и метнулся к наляпу с перстнем. Второй наляп попытался схватить Ягуна за ногу. Спасаясь от него, играющий комментатор прыгнул, точно костью от собаки откупившись от лапы расшнуровавшимся ботинком.