Таня Гроттер и перстень с жемчужиной

Не решаясь выставлять активный блок против подзеркаливания, который и Меди, и академик, и даже Поклеп при необходимости с легкостью бы сломали, опытный Ягун все три раза прикидывался радостным простачком и вызывал в памяти образ Кати Лотковой. Под конец на него, видно, плюнули и оставили в покое.

«Надо не забыть сказать Лотковой, что ее лицо распугивает преподов!» – мысленно хихикнув, напомнил себе Ягун.

Услышав о пелопоннесском малом драконе, Сарданапал сразу послал за Ванькой.

– Открой-ка рюкзак! – попросил он и долго смотрел на Тангро.

– Да, Соловей что-то говорил мне о нем… Последний уцелевший дракон этого вида. И зачем он Зербагану? – негромко спросил академик.

Заметив, что свет тревожит Тангро, Ванька затянул горловину и принялся раскачивать рюкзак.

– Заботливый папаша! Практикуемся? – одобрительно хмыкнул Поклеп.

Ванька предпочел промолчать. Молчание – лучший способ ответа на бессмысленные вопросы.

– Это все? – спросил академик, когда Ягун замолчал.

– Да. На данный момент все, – подтвердил внук Ягге.

– Я полагаю, спрашивать, почему я узнаю об этом только сейчас, не имеет смысла? – поинтересовался академик.

Ягун виновато вздохнул и изобразил глубочайшее раскаяние. Сарданапал поморщился.

– Ты думаешь, цирк за пять копеек меня одурачит? Меди, хочешь что-нибудь уточнить?

Меди покачала головой.

– А ты, Поклеп?

Завуч подошел к Ягуну, ткнул его твердым пальцем в грудь и гневно пропыхтел:

– Мы с тобой еще побеседуем, дружок!.

– Позволяю! Так и быть! Уговорил, противный! – не задумываясь, брякнул Ягун и, пока его не нагнала искра возмездия, быстро выскочил наружу, таща за собой Ваньку.

Дверь магпункта захлопнулась за ними.

– Уф! Никогда не думал, что говорить правду так тягостно!.. Если так, то отлично понимаю, почему люди лгут. Исключительно чтобы спастись от таких сцен у фонтана… Вот смотри, Ванька! Мы открыли им глаза на Зербагана, рассказали, что он охотится на Тангро – и что в результате получили? Пяткой в нос и плевок в душу! – возмущенно заявил Ягун.

– Что-то не похоже, что тебе в душу плюнули, – сказал Ванька, насмешливо глядя на играющего комментатора.

– Как это не плюнули? Очень даже плюнули. Только моя душа увернулась.

В этот момент их окружила толпа выпускников, и внук Ягге замолчал, решительно пробивая себе дорогу локтями.