Танцы на стеклах. Книга 2

И страшно, страшно никогда больше не испытать подобной связи с другим. Остаться одной, или еще хуже – быть с тем, кого выбрал разум, а не сердце. Многие так живут, почти все… но для меня это подобно кошмару.

Вернувшись из отпуска, я снова занялась работой, превратившись в карьеристку с пустыми глазами. Вышла из отпуска пораньше. Я брала на себя десятки проектов, чтобы у меня не было ни одной свободной минутки, чтобы подумать о Джареде. Который, кстати даже и не думал меня возвращать…

Что ж, это к лучшему. Я ударила по его гордости, а это уже серьезно.

Разве станет восточный мужчина бежать за девушкой, которая поманила его пальцем, пообещала рай, а потом ушла, не попрощавшись? Может, для Джареда это тоже было последней каплей, и он наконец понял, что может найти себе менее проблемную девушку. Более послушную, как он всегда и мечтал. Такая будет целовать ему ноги, станцует на стеклах и не будет устраивать потом истерик…

Сэм все время проводила время с Мэттом, Томас со своей невестой… и даже Николас нашел себе девушку.

Я осталась одна. Сама всех оттолкнула. Я хотела съездить к родителям, чтобы снова почувствовать себя кому-то нужной и необходимой, но не представляла, что веская причина поехать в Бостон появится так скоро.

Я шла с работы, когда мама позвонила мне. Ее голос сразу мне не понравился, я заподозрила самое худшее. Испугалась, что Эдвард снова потерял контроль и на этот раз добрался и до нее…

Но судьба приготовила мне удар похуже.

– Мелания, спустя столько лет… мне так жаль, дочка.

Они нашли его, – всего три слова по которому я сразу поняла о ком говорит мама. О папе. – Он погиб одиннадцать лет назад.

Все отошло на второй план, даже мысли о Джареде. Конечно… я знала, что папа погиб. Но когда тебе говорят, что он «пропал без вести», ты до последнего веришь, что рано или поздно он просто появится в твоей жизни. Придет домой, рассказывая жуткую историю своего спасения. Например, что потерял память, и понадобились годы, чтобы восстановить ее. Я до последнего надеялась, что так и будет, что каким-то чудесным образом жизнь предоставит мне возможность обнять его, и уткнуться в сильное плечо.

Когда он уезжал на Восток, я даже не успела сказать ему, что люблю его. Была маленькой и не понимала, насколько все серьезно. И не представляла, что у меня больше никогда не будет такой возможности.

Мой отец погиб одиннадцать лет назад, но сегодня умерла моя надежда, а вместе с ней и частичка меня… и ее не вернуть, не исцелить. Никогда и ничем.