Танго втроем (СИ)

Встречаться с Пилар после произошедшего, зачем? Чтобы услышать обвинения в свой адрес? Я и без ее упрёков успела, пока ждала, сгрызть себя, так зачем усиливать эффект? Что изменится оттого, что она скажет: «Ты виновата», а я скажу: «Прости». Что это изменит или исправит? Да и зачем я ей сейчас, куда лучше, если с ней поговорит Дадо и найдёт нужные слова, чтобы успокоить. Может быть, это была трусость смой стороны, но тогда я считала, что так будет правильнее, и присутствие Дадо для Пилар важнее, чем мои извинения.

— Хорошо, ты права,— согласился Дадо, сжав мою ладонь и поцеловав в щеку.

— Подожди меня здесь,— попросил он и пошёл следом за доктором, который, проведя его за стеклянную дверь, повёл по длинному коридору в палату, где лежала Пилар.

Я дождалась Дадо, как и обещала, но лучше бы я этого не делала. Это было ошибкой с моей стороны, так как мне следовало приготовиться к худшему и подумать о том, что Пилар сделает все, чтобы меня очернить.

Когда Дадо вышел из палаты, его лицо, вернее выражение появившееся на нем, ничего хорошего мне не сулили.

— Ты убила моего ребёнка, ты специально толкнула ее с лестницы,— сказал он, хватая меня за запястье, рывком ставя на ноги так, что наши носы почти соприкоснулись. Его глаза пылали ненавистью, а скулы свело от напряжения.

— Я, я, я,— пролепетав, замолчала я шокированная его обвинениями.

Дадо отшвырнул меня как тряпичную куклу, и я больно ударилась спиной о стену, но даже не почувствовала боли — так была поражена тем что он мне говорил.

— Ты специально это сделала, она мне все рассказала. Какая же ты лживая тварь. Пилар сказала, что просто хотела с тобой поговорить, но ты швырнула ее с лестницы и сказала, что будешь рада, если этот ублюдок умрёт.

И вот, он умер. Она сказала, что ты ей угрожала. Ты схватила ее за руку и потащила наверх. Она просто хотела высвободиться, и тогда ты ее толкнула.

Дадо снова схватил меня, но на этот раз уже за плечи и стал трясти, выбивая признание.

— Это неправда,— залепетала, я поражённая тем, что слушала, но по лицу Дадо поняла, что он ни капли мне не верит. После того, как он увидел Пилар в слезах и соплях на больничной койке, когда услышал из ее бледных уст душещипательную ложь о том, что я готова убить нерождённого ребёнка лишь бы заполучить себе чужого мужчину.