Танго с призраком. Том 3

Входит новобрачный, улыбается краешками губ... он не слишком изменился за прошедшие с момента казни несчастного Фуэнтеса годы. Повзрослел, да, но морщин практически нет, волосы не поседели...

- Дражайшая супруга...

Анжела сползла с кровати и неловко сделала реверанс

- Иди ко мне, - скомандовал мужчина. - Ну?

Что ж. Выбора нет.

Шаг дается так тяжело, словно к ногам пудовые гири привязали. Но Анжела его делает. Это - ее муж и господин, этим все сказано. Она обязана повиноваться.

Мужчина притянул ее к себе, халат распахнулся.

Жалобно и беспомощно. Такого она не ожидала. Но тело мужчины, начиная от плеч и до колен словно рисунком покрыто.

Конечно, это не рисунок. Это чешуйки, которые повторяют расцветку ядовитой морской змеи. На руках их нет, на ногах почти нет, а вот тело...

Мужчина улыбается - и Анжеле кажется, что в его рту блестят острые змеиные клыки. А потом ей закрывают рот, бросают на кровать - и крик переходит в хрип. Потому что чешуя безжалостно царапает нежную кожу.

Но кого интересуют ее чувства?

Кому она нужна?

...

Спустя почти час женщина сидит на той же кровати.

Муж выполнил свой долг потрепал ее по щеке и ушел. Она осталась.

Одна. Использованная. Навеки связанная с чудовищем. Не видящая никакого выхода.

Бежать? Кричать? Бороться? Сегодня супруг сказал ей, что никуда не выпустит. Вообще никуда. Никогда. Ее место - эта комната и этот дом. Призвание - рожать детей.

Вот, родит штук пять, тогда получит относительную свободу в пределах дома.

Да и кого она интересует? Ее даже в свет не вывозили...

Безнадежность...

Женщина смотрит вокруг и видит тот самый шарф. Медленно поднимает его, пропускает между пальцами... крепкий?

Выдержит.

И светильник на стене очень удобный... висит на крюке... его можно снять...

Когда утром слуги - измененные, конечно, заходят в спальню к госпоже, тело уже успевает остыть. Анжела удавилась на том самом крюке. А веревкой послужил платок, который наследник Мединальо подсунул Тони.

Крепкий платочек оказался.

И не порвался, и даже вышивка не распустилась.

***

На стол Тони платок опустила так, словно он был ядовитой гадиной. И с отвращением посмотрела на Мединальо. Или де Медина?

Впрочем, какая разница!

- Значит, змея.

- Совершенно точно ритана.

- И какой же вы породы? - невинным тоном уточнила девушка, наблюдая, как дернулся в гневе мужчина.

- Породы?

- Гадюка другой окраски.