Танец с вампиром

– Да ты… – она даже слов не могла найти подходящих. – Ты даже для Высшего вампира нахален и самодоволен. Я впервые встречаю такого экземпляра, – пока княжна сыпала ругательствами, Михаил медленно приближался. Буквально скользил по полу. – Надеюсь, ты счастлив! Ведь должны были все твои манипуляции привести к достойному финалу. Но… – она осмотрелась, вскинула ладони и развела их в стороны. – Ты так и остался у разбитого корыта. Это все тот же кабинет, тот же стол и то же кресло. А где трон? Где людишки, валяющиеся у твоих ног?

– Ничего этого нет, – признался Светлый князь.

– Мне посочувствовать тебе? – с сарказмом фыркнула вампирша.

– Не нужно.

Она округлила от возмущения глаза и выпалила:

– Да я и не собиралась!

– А я рассчитывал на каплю сочувствия, – продолжал дразнить Михаил.

– Ты можешь рассчитывать на порцию презрения, щедро сдобренную ненавистью, – отчеканила она и заметила, что вампир стоит непозволительно близко к ней. Почти касаясь. Эля ухмыльнулась. – Опять играл со мной.

– А что еще остается делать, если ты не позволяешь приблизиться к вам?

– А ты пытался? – спросила она с вызовом. – Последней попыткой я помню твое появление с дарами. Какой-то безделушкой из ракушек. Неужели у Светлого князя так плохо с финансами?

– Я рад, что ты обратила внимание на мой дар, – признался Михаил. – На большее я и не рассчитывал.

– Довольно безамбициозно с твоей стороны.

– Согласен. Ты меня изменила.

– Как и ты меня, – тут же ответила княжна. – Не смей прикасаться ко мне! – предупредила она.

– Не буду, – Михаил опустил ладонь. – Я совершил ошибку, Элеонора. И теперь расплачиваюсь за нее.

– Да неужели?

– Да. Ты пришла неожиданно в мою жизнь. Я не успел понять, что именно я обрел. Это сделать довольно трудно, когда столетиями не имел того, чье мнение для тебя важнее собственного…

– А ты встретил такого человека? Серьезно? Почему не рассказал о нем?

Светлый князь горько улыбнулся.

– Ты же понимаешь, что речь идет о тебе.

– Нет, не понимаю.

– Я не против…"

"– Это для меня не имеет значения, – оборвала его Эля.