Танец Бешеной

– А не домой – отвезут? – спросила Даша, снимая пуховик с вешалки.

– Бога ради. Вы куда хотите?

– К «Алмазу», – сказала Даша.

…Смешно, но она взялась за ручку двери не без секундного внутреннего сопротивления – словно навстречу должен был высунуться автоматный ствол.

Длинный коридор, пол выложен коричневым линолеумом, стены и потолок – белые. В самом конце – единственная дверь. Похоже, внутри все переделали, здесь же был вход в магазин, не могло тут тогда оказаться такого коридора…

Тишина, в коридоре как-то удручающе пусто.

Даша качнула ладонью ближайший, но он не поддался, оказался тяжелым.

Так, отсюда они и палили лейтенанту в спину. Из автомата и в самом деле не в пример надежнее… черт, ну не боялись же они зацепить очередью из трещотки ящики, испещренные вполне понятным словом «Elektronical»?

За спиной хлопнула дверь, и сразу же рявкнули:

– Эй, что нужно?

Даша обернулась.

Даша махнула у него перед лицом удостоверением:

– Уголовный розыск. Капитан Шевчук.

– Дай-ка, – подозрительно проворчал он и вытянул руку вперед.

– Дайте, – поправила Даша внятно.

– Дайте…

– А читать умеешь?

Он пробежал взглядом, кивнул:

– Вы-то что тут?

– Работа такая, – сказала Даша. – Кто на студии?

– Да почти что и никого.

Из внутренней двери вышли еще двое, но уже не камуфляжники. Равнодушно протопали мимо Даши, прикрякивая, сняли верхний ящик и потащили внутрь.

Даша хорошенько оглядела пол – там четко виднелись пыльные квадраты, совсем недавно ящиков было гораздо больше.

– Что там? – спросила Даша, кивнув на штабель.

– Аппаратура какая-то новая. Монтируют вот… Вам шефа позвать? Он там, главный…

– Успеется, – сказала Даша. – Тебя вчера не было?

– Да бог миловал, а то, глядишь, мочканули бы вместо Влада.

Хлопнула дверь, и показался господин Марзуков собственной персоной. На сей раз он, хоть и в знакомой уже Даше элегантной «троечке», выглядел растрепанным и снаружи, и внутри. Губы так и прыгали.

– Вам что здесь?

– Здравствуйте, – мирно сказала Даша. – Зашла вот поговорить…

– О чем? Это не ваше дело, меня и так дергали чуть ли не сутки подряд… – Даше вдруг показалось, что он вот-вот заплачет.