Танец Бешеной

Партии свои разыгрывали уверенно и четко.

– Партии?

– Ага, – сказала Даша. – Сыгранная была троечка, и роли заранее расписаны. Теоретик-сатанист, напарник с манерами аристократа и хамло-пехотинец.

– Я тебя правильно понял? Полагаешь, спектакль?

– Полагаю, – Даша поставила чашку с недопитым чаем на стол и потянулась за сигаретами. Пальцы все еще отчетливо дрожали. Она криво усмехнулась. – Черт, а ведь я чуть не купилась. Так они спокойненько расписывали, что сейчас меня запытают до смерти, что не поверить было трудно… Клоуны доморощенные.

А они, оказывается, просто попугать решили. Крест на пузе, эфиром в морду – чтоб, значит, не в свое дело не лезла… Что написано «пером»…

Перевернутый крест, нацарапанный незваным ночным гостем на ее животе ножом, отозвался неприятным зудом.

…А началась вся эта история с трупа несовершеннолетней Риты Шохиной, обнаруженного за гаражами в одном из районов Шантарска. Точнее, началась она несколько раньше – с трупа несовершеннолетней же Анжелы Артемьевой, погибшей при подозрительно сходных обстоятельствах.

Причем связь между убийствами была настолько явной и вопиющей, что сомнения не возникло ни у кого: это серия. Потому со старшего оперуполномоченного угрозыска капитана Дарьи Шевчук были в приказном порядке сняты все текущие дела, а ей самой предписывалось вплотную заняться бесчинствующим маньяком.

Связь между убийствами и впрямь была прочная, как трос.

Обе убиты страшным ударом по шее, повлекшим за собой перелом шейных позвонков – увечье, как это принято называть, «несовместимое с жизнью», после чего обеих, уже мертвых, неизвестный ударил ножом.

Обе носили в сумочке газовый пистолет, обе, что выяснилось значительно позже, трудились в элитном эскорте… и обеим убийца вырезал на лбу перевернутый крест – являющийся, как известно, одним из символов сатанизма.

На счастье Даши, очень скоро отыскался и свидетель, некая Казмина Е. Г., выгуливавшая в предрассветный час собачку и видевшая Риту Шохину в компании весьма подозрительного господина при шраме на морде лица, который втирал девочке что-то про «Сатану», «измену» и «кровь».

Это также говорило в пользу версии об убийстве на религиозной почве. (Хотя, ради полноты картины, стоит упомянуть, что был и еще один свидетель, чьи показания несколько расходились с показаниями Казминой, – Веласкес Тихомиров, большой почитатель Бахуса и художник в свободное от потребления алкоголя время.