Танец Бешеной

Даше, если и засыпала ненадолго, потом казалось, что не спала ни минутки – а то и призраки лезли из-под дивана, проступали на фоне смутно видимой мебели зыбкими контурами. Она снова зажигала свет, курила.

…Когда она утром шла к «Москвичу», явственно пошатнулась. От доброго литра утреннего кофе поташнивало.

– Там для вас ранехонько какое-то письмо принесли, – сказал Федя, глядя на нее определенно жалостливо. – Я с собой прихватил…

Глава двенадцатая

Танцы с эскулапами

У белой двери под номером «16» никто не ждал, все три стула были пустыми.

Даша осторожненько приоткрыла дверь и заглянула. Женщина лет сорока с полноватым красивым лицом и толстой косой вокруг головы подняла голову от бумаг:

– Простите?

– Я – капитан Шевчук, – сказала Даша. – Сегодня утром от вас повестку принесли, прямо мне на работу.

– Ах, Дарья Андреевна? – женщина одарила Дашу ласковой профессиональной улыбкой. – Ну конечно, заходите, пожалуйста. Это я вас и приглашала. Снимайте пальто, разговор будет долгий. Вы не особенно торопитесь?

– Да нет, – сказала Даша с нарастающей тревогой.

 – Что с отцом?

– Ничего. Все прекрасно. Идет самое интенсивное лечение, скоро дадим вам свидание, поговорите… Садитесь. Курите, если курите. Савич – это я и есть, Галина Семеновна Савич. Вы думали – мужчина? О вас, наверное, так же думают, когда увидят подпись «Шевчук»…

– Бывает, – сказала Даша, усаживаясь и вытягивая из кармана сигареты. – Значит, вы не из-за отца…

– Нет, ваше начальство просило с вами поговорить… Шевчук.

У вас не украинские корни? Я сама – хохлушка из-под Харькова, дедушка приехал в Сибирь при Столыпине, тогда здесь давали землю…

– Честно говоря, даже не знаю, – сказала Даша. – Вроде бы жил в незапамятные времена кто-то под Полтавой. Я не особенно интересовалась, времени нет на такие раскопки.

– Я представляю, каково вам работается…

Она доброжелательно взирала на Дашу, отложив авторучку и переплетя пальцы. Глаза были добрые-добрые – как в известном анекдоте. И в ровном, певучем голосе не звучало ни малейшей фальши.

Вот только Даша, «ментовня позорная», по определению иных особо сердитых клиентов, прекрасно знала, что может таиться за ласковым голосом и мирной физиономией вежливого допросчика. А эти, здесь, поднаторели в допросах не хуже сыскарей, если вдуматься, в работе много общего – нужно вытащить на свет божий потаенную истину, ломая сопротивление клиента… или пришить дело!

– А кто просил вас со мной поговорить? – спросила Даша.