Тайный дневник Верити

Но до того момента – когда Джереми высказал о ней беспокойство – я об этом совершенно забыла. Она сказала, возможно, Харпер следует проверить на синдром Аспергера. Но до нынешней ссоры с Джереми ее слова вылетели у меня из головы. Слава богу, я их вспомнила – это был отличный способ держать оборону.

– Я не хотела говорить тебе, чтобы не расстраивать, – начала я. – Но одна из воспитательниц посоветовала проверить Харпер на синдром Аспергера.

Тревога Джереми усилилась в десять раз. Я попыталась как можно скорее ее смягчить.

– Я уже звонила специалисту. – Во всяком случае, позвоню завтра. – Когда у них появится свободное время, они перезвонят.

Джереми достал телефон и начал изучать потенциальный диагноз.

– Они считают, у Харпер аутизм?

Я забрала у него из рук телефон."

"– Не надо. Ты сведешь себя с ума еще до встречи с врачом. Давай сначала проконсультируемся со специалистом и не будем искать ответы о проблемах нашей дочери в интернете.

Он кивнул и притянул меня к себе.

– Прости, – прошептал он мне на ухо.

– Джереми, тебе не обязательно работать. Я зарабатываю достаточно, чтобы ты сидел дома с девочками, если тебе так будет легче.

– Если я не буду работать, то сойду с ума.

– Возможно, но детский сад для троих будет стоить очень дорого.

– Мы можем себе позволить… – он умолк и отстранился. – Ты сказала… Троих?

Я кивнула. Разумеется, я обманывала его, но мне хотелось улучшить ему настроение. Я хотела, чтобы он был счастлив.

– Ты уверена? Я думал, ты больше не хочешь.

– Пару недель назад я пропустила таблетку. Срок еще ранний. Совсем ранний. Только сегодня утром узнала, – улыбнулась я. Потом моя улыбка стала шире.

– И ты счастлива?

– Разумеется. А ты?

Он рассмеялся, потом поцеловал меня, и все вернулось к норме. Слава богу.

Я схватила его за рубашку и поцеловала в ответ, страстно желая, чтобы он напрочь позабыл о нашей ссоре.

– Ты в нижнем белье? – спросил Джереми. И опустил голову мне на шею. – И приготовила мое любимое блюдо, – расстроенно добавил он. Я не понимала, что именно его огорчило, пока он не отстранился, не убрал волосы с моего лица и не сказал:

– Мне так стыдно, Верити.