Тайны брачной ночи

 — Вы прекрасно знаете, что весь бальный зал забурлит от новости о вашем вмешательстве.

Девон взглянул на нее с высоты своего роста. Он удивил ее. Прекрасно. А ведь он только начал удивлять.

— Вы не представляете, как мало меня заботит, о чем судачат в бальном зале.

Лили надула губы.

— Вас, может быть, и не заботит, однако моя сестра скоро дебютирует. Чем меньше сплетен, тем лучше.

— Как же так? — деланно улыбнулся он. — Если бы вы тревожились из-за сплетен, то не написали бы свой драгоценный памфлет.

Лили, прищурившись, взглянула на него.

— Кто сказал, что я его написала?

— В самом деле? Отрицаете? По-прежнему? Например, я говорю. И половина гостей на балу.

Лили оглянулась, сознавая, что вокруг уже начали перешептываться.

— Какие бы сплетни ни ходили обо мне и моей сестре, лорд Колтон, вряд ли вы помогли развеять их своим поведением сегодня.

Девон покачал головой.

— Почему вы упорно носите траурные цвета? Ваш муж умер от слабого сердца несколько лет назад.

Удивление на лице Лили сменилось презрением.

— А почему вы упорно грубите?

Девон снова повернул ее в танце, умышленно лишая равновесия.

— Кокс — размазня. Неудивительно, что вы написали памфлет, если водите компанию с такими мужчинами.

Ее глаза вспыхнули.

— Как вы смеете…

— Вот как? — холодно отозвался он. — «Как вы смеете»? Совсем не оригинально. Я ожидал более очаровательного и остроумного ответа, графиня. — Колтон умышленно подчеркнул ее титул.

Лили сжала прелестные розовые губки. Ее глаза сверкали как аметисты.

Она попыталась вывернуться из его рук.

— Я не танцую с мужчинами, которые не спросили разрешения пригласить меня на танец, — огрызнулась она сквозь стиснутые зубы.

Маркиз сменил гнев на милость и обхватил ее покрепче.

— Как неудачно для вас, — парировал он, — потому что я редко приглашаю дам на танец.

На этот раз Лили дернулась со всей силой и чуть не лишила его равновесия. Неплохо для такой маленькой женщины.

Наконец она уступила, расслабила руки и танцевала, словно у нее нет никаких забот и тревог.

— Я думала, вы более ловко обращаетесь с женщинами, Колтон. И способны удержать их изобретательностью и любезными словами, а не грубой силой. Особенно после вашего бахвальства.

Вот она, колкость, которую он ожидал.