Тайны брачной ночи

— Она не отказывалась. Ваш отец нанял человека в Лондоне, чтобы найти их. Тот добыл информацию о том, что Селин умерла накануне в родах. О младенце заботились женщины в богадельне, где она жила.

Девон уронил голову на руки.

— Отец знал, что у меня есть ребенок, — хрипло прошептал он, — и не собирался сообщить мне об этом, пока это не совпало с его целями. Он позволил Селин умереть в одиночестве. И вынудил бы Джастина расти на улице, в нищете. — Он взглянул на экономку. — Уму непостижимо.

Слезы текли по ее морщинистому лицу.

— Знаю, милорд, знаю.

Девон стиснул зубы.

— Он заставил меня дать обещание. Лежа на смертном одре, он заставил меня пообещать… Он притворялся, будто заботится о своем внуке. Это все была игра.

— Ох, милорд, ваш отец всегда знал, что у вас куда больше чести, чем у него. Он знал, что вы не выставите мальчика на улицу. Было ясно, что вас не волнуют деньги, но он всегда хотел использовать ваши способности к вычислениям, чтобы восстановить свою казну. И в конце кондов изобрел отличный план.

Девон хрипло выдохнул.

— Так вот почему все эти годы мне не удавалось найти Селин.

— Это моя вина, милорд. Я тоже вас обманывала. Все письма, которые вы писали ей… пытаясь найти ее… думая, что с ней все в порядке… Я их не отправляла. Их некуда было отправлять. Простите, милорд, я не обижусь, если вы вышвырните меня отсюда без рекомендаций за то, что я сделала. Я знаю, этому нет прощения, поэтому так долго вам ничего не рассказывала. Просто боялась за свое место.

Девон поднялся и зашагал по комнате. У него сердце переворачивалось от мысли, что Джастин едва не оказался на улице.

Он повернулся к экономке:

— Вам не следовало хранить такие секреты, миссис Эпплби, но я могу понять, почему вы это сделали. Мой отец был не из тех, кому можно перечить.

Миссис Эпплби мяла в руках носовой платок.

— Надо было все рассказать вам после его смерти, милорд. Я просто не могла понять, чему это послужит, и боялась… за себя.

Девон подошел к ней и положил руку на трясущееся плечо.

— Я не могу выгнать вас, как не выгнал бы собственную мать.

— Спасибо, милорд, — прошептала экономка и сильнее зарыдала. — Вы слишком добры.

— Кто еще знает об этом, миссис Эпплби?

Она быстро покачала головой.

— Никто. Ни одна душа. Я в этом уверена. Я была здесь, когда привезли ребенка, и никогда не говорила об этом с другими слугами.