Смотрительницы маяка. Рождественская вьюга

- Вы сделали что? – уточнил Закари.

- Вызвали вашего батюшку, - с готовностью повторила Лидуня. – Он и сейчас здесь. Говорит, что вам не стоит ругать нас, так как мы действовали во благо семьи. А еще его сиятельство хочет напомнить вам, что в детстве, когда он учил вас играть в карты, вы всегда повторяли одно и то же…

- И что я повторял? – Закари перестал улыбаться.

- «Когда я вырасту, то обязательно женюсь на толстой красивой женщине, как моя няня Рубинс. Потому что она добрая, знает много сказок и всегда ухаживает за мной», - улыбнулась Лидуня, а глаза маркиза полезли на лоб.

- Но откуда вам это известно?! Даже я почти забыл, что был влюблен в свою нянюшку!

- От вашего отца, - еще шире улыбнулась Варежкина. – «Есть многое в природе, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам.».

Закари повернулся ко мне, но я лишь развела руками, подтверждая, что так и есть.

- Нет, я не готов к таким откровениям… - Гарольд выпил свой виски и указал на дверь. – Леди, идите спать. Теперь вы будете находиться под нашим контролем двадцать четыре часа в сутки.

Мы тяжело вздохнули и поплелись к двери. Но если честно, мое настроение все равно было хорошим. Наш план сработал: поместье вернулось к маркизу. Да и приключение вышло на славу…

- Гвен! Гвин! – окликнул нас Закари, и мы удивленно оглянулись.

- Спасибо за Ред Хаус. Вам и батюшке, - он искренне улыбался, глядя на нас. – Кстати, где он?

- Прямо за вами, - ответила я, и муж резко развернулся в кресле. – Мой свёкор напоминает, что у вас в кармане коробочка с серьгами, которые вы купили для меня в столице.

Маркиз изумленно хлопнул глазами и, засунув руку в карман, вытащил оттуда бархатную коробочку.

- У меня нет слов…

- Ладно… что уж теперь… - оказалось, у герцога тоже имелся подарок. Он подошел к Лидуне и сказал: – Несмотря на ситуацию, в которой мы оказались, я хочу, чтобы вы носили это.

Варежкина с волнением открыла коробочку и ахнула:

- Что это?

- Кольцо моей матушки. Его ей подарил отец, когда делал предложение, - ответил Гарольд.

- Я позволю, – выдохнула Лидуня, протягивая ему руку. – Я очень позволю!

Он надел на пальчик красивое колечко с сапфиром и поцеловал дрожащую от волнения ручку.

- Моя странная сумасшедшая любовь… Я вас никуда не отпущу.

- А я и не собираюсь уходить, – Варежкина прильнула к его широкой груди, блаженно прикрыв хитрые глаза.

Я же с восхищением рассматривала чудесные серьги с капельками рубинов.