Тайга мятежников любит

У следователя в этот день побывали все – и Чеснокова с Генкой, и Алла Микош. Под вечер теплая компания собралась у Максима. Трясло буквально всех – Алла с ногами забралась на диван, закуталась в плед, хотя температура в комнате была вполне… комнатная. Чеснокова нервно постукивала по коленке и вертела головой, не замечая, что косичка расплелась и теперь она напоминает однорогого чертика. Генка в рваной майке беспокойно вышагивал по квартире.

– Кошмар какой… Какой кошмар… – однозвучно бормотала Алла.

– Может, выпьем? – неуверенно предложил Генка.

– Выпить можно, – стучала зубами Чеснокова. – Но не забывай, что ты находишься в чужой квартире, а не в харчевне, а денег у тебя хватит только на пустую бутылку.

– Ступайте на кухню, – отмахнулся Максим. – Водка в холодильнике, там и поесть найдете. Руки не забудьте помыть.

Нервная парочка убежала на кухню. Генка стучал шкафами, дверцей холодильника, Чеснокова пустила воду на полную, завизжала, а Генка шипел, что только дальтоник может перепутать горячую воду с холодной.

– Как ты думаешь, за что его?..

– Не знаю. Полиция отрабатывает две версии – убийство на почве профессиональной деятельности и бытовое преступление. Он с кем-то выпивал вечером. Возможно, повздорили, пьяная ссора… Не волнуйся, полиция разберется.

– Почему так случается?.. – она обняла его за шею."

"Несколько минут они молчали, оцепеневшие. Из кухни доносились истерические выкрики голодных сокурсников.

– А когда они будут готовы? – спрашивала Чеснокова.

– Когда всплывут! – теряя терпение, огрызался Генка.

– Так они даже не тонут!

Зазвонил телефон. Максим виновато отстранился от Аллы, побрел в прихожую.

– Извините, пожалуйста, Максим, это Екатерина вас беспокоит, – раздался приглушенный девичий голосок.

– Да нет, это вы простите. Екатерина меня как раз не беспокоит… Постойте, – он запоздало сообразил. – Это вы, Катя?

Беспокойно шевельнулась Алла на диване, а в кухонном проеме возник любопытный нос Чесноковой.

– Вы чем-то огорчены? – сделав паузу, поинтересовалась девушка.

– Да, – замялся Максим. – Хотя причина для огорчения лишь одна – слишком много причин для огорчения.

– Простите. Я вам не звонила, была занята, – девушка заметно волновалась.