Тайга мятежников любит

Он лично тормозил грузовик весом пять тонн, пылящий по шоссе со скоростью 70 километров в час…

– Подумаешь, – фыркнул Генка (как будто много в этом деле соображал), – я слышал, изобрели гель, распыляемый из баллончика – такой скользкий, что устоять невозможно, – выстрелил под ноги противнику, и тот начинает выписывать блатные… тьфу, балетные па, пока не брыкнется. А еще придумали прибор, передающий электрический заряд по ультрафиолетовому лучу. Попадает в человека и парализует – напрочь. Причем способен действовать на несколько километров…

– Генка, заткнись, – шепнул Максим.

Содержимое сетки, награждая щедрыми пинками, отволокли к вездеходу и загрузили в заднюю дверь. Каракатица развернулась задним ходом, подмяла мощный куст и через минуту растворилась за храмом. Наступила тишина – словно не было никого.

– Нашли, называется, клад, – скорбно вымолвил Генка. – Ладно, хоть сами целы.

– Не уедут они далеко, – загробным тоном вымолвила Алла, и все изумленно на нее уставились.

– М-да уж, – почесал загривок Генка. – Что и говорить – диагноз…

Похоже, у всех немного съехала крыша. Он твердил себе, что не может оставить в лесу мертвую девушку. Какой бы ни была, а не мог ее бросить на съедение зверью. Плевать на Ройда, плевать на потомка Даши Красавецкой – эту публику не жалко… Все его прекрасно поняли, даже Алла, хотя и отказались возвращаться в Чахловку. Он помчался один – благо маршрут давно выверен, а лихие люди кончились – одних уж нет, а те далече… Он вырвался из леса, гадая, из чего будет делать волокушу, подбежал к тому месту, где лежали неподвижные тела… и аж присел от изумления, обнаружив, что Катя пытается приподняться, харкая кровью! Не зря, выходит, вернулся.

– Максим… – Она едва шевелила губами, закрывая ладошкой рану в нижней части плеча, словно стеснялась. – Ты пришел… а я уж думала…

– Не судьба тебе сегодня загнуться, – отрезал Максим.

– Со мной все в порядке?..

– Ну, не сказать, что все, – он чуть не засмеялся. – Рана вроде бы сквозная, хотя крови ты потеряла много. Месяц в частной лечебнице за тысячу сибирских рублей, где, надеюсь, тебе не станут докучать расспросами о генезисе болезни.