Счастье по-драконьи

И Бастиан или примет меня вот такой, какая я есть, или…

– Вингнор, Ракт, Леа и Теа Андрик, – пронеслось по коридору, прерывая мои невеселые размышления.

Вот и наша очередь подошла.

Сегодня на экзамене не было ни Мары, ни нашего куратора – травничество их никогда не интересовало, а полузнакомых преподавателей, которые на этот раз вошли в комиссию, в свою очередь, совершенно не интересовала наша компания. Поэтому все прошло на удивление мирно и быстро.

Мы, четко следуя найденному рецепту, смешали компоненты, провели необходимые манипуляции и торжественно представили готовое зелье на суд наставников.

– «Только пожелай»? – уважительно произнес тощий пожилой мужчина, кажется, куратор старшекурсников-целителей. – Редкое снадобье. Кстати, магистр Фаерай, а где вы достали лепесток…

– Наша академия заботится о слушателях и предоставляет великолепную возможность постоянно пополнять запасы учебных ингредиентов. В том числе самых уникальных, – перебив его, ловко ушла от ответа Аланса.

– Хм… – Целитель явно не поверил, но спорить не стал.

Преподаватели покивали, Фаерай хоть и нехотя, но тоже согласилась.

Когда наши итоговые баллы огласили и выставили в ведомость, я шагнула вперед.

Признаваться в уничтожении цветка не хотелось, но и медлить дальше было нельзя. Комиссия из уважаемых наставников в полном составе – лучших свидетелей не найти.

– Магистр Фаерай, – откашлялась я, привлекая внимание Алансы, а заодно и всех остальных.

– Ну, что еще, Вингнор?

– Понимаете, дело в том, что я… Но это не нарочно, правда… Оно само так получилось… – Я состроила скорбную гримасу и потупилась.

– Да говори же быстрее, не мямли.

Наша четверка экзаменовалась последней, и травнице явно не терпелось поскорее сбежать в хранилище.

– Я разбила горшок с цветком, то есть с алоцветом.

– Что? – застыла на месте Фаерай. – Когда?

– Ночью. Случайно, – выпалила я и быстро продолжила, пока Аланса не успела прийти в себя: – Я его в руках держала, рассматривала, а Пинки дохнула, и он вдруг оттенок поменял.

– Все? – зловещим голосом поинтересовалась травница.

– Все до единого, – сокрушенно покаялась я. – Вот только лепесток и остался.