Счастье по-драконьи

А мама сделала несколько комплиментов – изящных и сдержанных, как полагается королеве, но моя подопечная была заметно польщена.

В Асавайне нам буквально не давали прохода, тут же обступали, рассматривали, забрасывали вопросами."

"Наставники намекали, что в следующем семестре, сразу после каникул, неплохо бы заняться изучением этого забавного феномена. Особенно упорствовал Мара. А среди адептов началось настоящее поветрие: все лихорадочно пытались сотворить подобное существо. Необязательно огненное.

Она купалась во всеобщем обожании и охотно принимала подношения, особенно сладкие. Оказалось, дракоша питается не только огнем, но с удовольствием лакомится пирожными, причем готова уничтожать их в огромных количествах. Хотя магистр упрямо настаивал, что, кроме пламени, ей ничего не требуется.

Мужчина… Что бы он понимал в девочках.

В общем, подопечная моя вкусно ела, сладко спала, сопровождала меня, демонстрируя окружающим себя, любимую, и всячески наслаждалась жизнью. На этом, собственно, все. В отличие от настоящих фамильяров никаких особых умений и талантов она показывать не спешила. Или тщательно их скрывала.

Правда, Тейдж обмолвился, что Пинки просто еще очень маленькая, практически новорожденная. Когда немного подрастет, научится накапливать огонь и станет дополнительным магическим резервом для меня.

Тейдж.

Теперь мы встречались каждый вечер. Сначала под предлогом заботы о дракоше. Потом и вовсе без предлога.

Приближался последний экзамен, по травологии. С учетом отношения ко мне магистра Фаерай он обещал быть очень и очень непростым. Я усиленно готовилась, с утра пропадая в библиотеке или учебной лаборатории. Но, чем бы я ни занималась, как бы ни была загружена весь день, с нетерпением и томительным предвкушением ждала наступления ночи.

И однажды вдруг поймала себя на мысли, что уже не представляю, как жила бы без этих встреч.

* * *– Итак, адепты, наша последняя консультация завершается, и в конце, как обещала, расскажу, что вас ожидает на завтрашнем экзамене.

Магистр Фаерай постучала ухоженными ноготками по столешнице и обвела строгим взглядом притихшие в ожидании приговора жертвы.