Сын (не) для дракона

Стоило взять себя в руки и идти к своей цели, как всегда. Но вместо этого я проводила время в библиотеке с Вирианом, пытаясь применить все то, что я знаю о юриспруденции, на существующие в этом мире условия.

Это напитывало меня силой, привычной уверенностью, давало ощущение опоры даже сейчас, когда опереться мне было фактически не на что и время работало против меня.

Я цеплялась за возможность заниматься любимым и привычным делом, как за соломинку, вгрызалась в убористые буквы, которыми были исписаны архивные документы, расшифровывала сложные обороты законов и до головной боли размышляла над тем, что еще полезного могу сделать.

Местная правовая система, если это можно так назвать, была устроена и просто, и сложно одновременно. Ее основой была строгая иерархия. Территория королевства Эрида, занимающего весь материк («единственного в своем роде», как пояснил Вириан), делилась на герцогства, графства, баронства, вольные города, деревни и еще более мелкие поселения. Титулами и сколько-нибудь важными должностями могли обладать только драконы, а люди должны были «с благодарностью принимать их власть» (произнося это, Вириан поморщился).

Особняком стояли кочевые племена кале, которые переходили из одной части королевства в другую и не признавали никаких правил: там люди и драконы жили вперемешку, как равные (Вириан говорил об этом с явным одобрением).

Главным источником права были королевские законы, суть которых сводилась к нескольким положениям. Все феодалы подчиняются королю в первую очередь и только потом — друг другу, следуя веками складывающейся структуре, в которой черт ногу мог бы сломать.

Единственное, что я четко поняла: выше Сорина в этой иерархии был только король. Также каждый феодал был на своей земле царем и богом, обладающим полномочиями законодательного, исполнительного и судебного органа.

Сорин своими обязанностями в основном пренебрегал и предоставлял людям и драконам, живущим на его землях, справляться со своими проблемами самостоятельно.

— Его светлость — один из достойнейших драконов, которых я знаю, — горячо говорил Вириан, как будто я собиралась с ним спорить, — ты просто нигде не была и многого не знаешь. Не знаешь, как обращаются с людьми те, кто вправду считает нас вторым сортом. — Он сжал в кулаки полные ладони, его обычно белые щеки покраснели. Даже его очки в солнечном свете блестели гневно. — Я был единственным человеком в университете, единственным! Это был скандал.