Свой — чужой

Валера возомнил себя великим комбинатором, поэтому его комбинация была хоть и красивая внешне, но очень сложная, состоящая из нескольких этапов, где каждый последующий шел так, как планировалось, только если в предыдущем не было никаких сбоев или незапланированных сюрпризов. А ведь даже опытные армейские офицеры знают — чем сложнее план, чем больше и тщательнее он составляется, тем смешнее получается на учениях. Так то на учениях…

Да, Валера правильно понимал, что, просто передав Юнгерову информацию о стрелках, он тут же стал бы в дальнейших раскладах по этому поводу «номером шестым», — и это в лучшем случае.

Ему бы вспомнить мудрые слова Ильюхина о том, что если вагоновожатый ищет новые пути, то трамвай обязательно сходит с рельсов… Куда там… Штукина уже несло.

…Узнать адрес офиса Вадима Колесова и впрямь оказалось делом несложным. На следующий день с утра Штукин невзначай поинтересовался у Дениса, к которому приехал за новыми заданиями:

— Слушай, тут мне знакомые пацаны, опера из Пушкинского РУВД, звонили… Там они какой-то блуд нащупали в конторе одного богатого человека, которого, похоже, зовут Вадим… Я сначала не среагировал, а потом словно торкнуло — а не Вадим ли это Колесов… У него офис не рядом с вокзальной площадью?

Денис нахмурил брови, но через секунду беззаботно махнул рукой:

— Нет, это, наверное, про какого-то другого Вадима твои кореша рассказывали.

Штукин кивнул.

— Ну вот, там рядом школа, до революции там гимназия была… Вот если смотреть на эту гимназию, то через дорогу слева как раз контора Вадима. Это даже не офис, а так… учреждение.

— Укромное место, — удивился Штукин.

Волков снова улыбнулся и пояснил:

— Я ж говорю — это не офис, а контора. Туда посетители не приходят. Там бухгалтеры да экономисты сидят. Их работа любит тишину и покой. Так что не переживай.