Свидетель, не увидевший свет

Когда она выходила из кухни на раздачу – необъятная, с монументальным бюстом и суровым взглядом, держа в правой руке половник-поварешку, – каждый ловил себя на том, что старается угоднически улыбнуться ей и поскорее прошмыгнуть за свой столик. Только, пожалуй, Станислав Крячко относился к ней снисходительно – командирские замашки поварихи он с легкостью парировал.

– Я слуховой аппарат дома забыл, Антонина Макаровна! – крикнул Стас поварихе, а затем обратился к Гурову: – Лев Иванович, если вы не прекратите изъясняться со мной в подобном тоне, я вынужден буду покинуть вас и отправиться домой, поскольку имею на это законное право.

– Вот теперь понял, – кивнул Гуров. – А то ты такими несвойственными тебе фразами заговорил, что я даже испугался. Ладно, оставим твою несостоявшуюся карьеру звезды экрана в покое.

Гуров, в свою очередь, рассказал о своих «приобретениях». Крячко задумчиво слушал и, кажется, мысленно что-то сопоставлял.

– …Так что вот такой набор у нас, Стас, – закончил Лев. – Теперь предстоит разобрать весь этот винегрет.

– А ты не думаешь, что их смерти вообще не связаны между собой?

– А клиника?

– Да что ты привязался к этой клинике! Сам же говоришь, что врачи, скорее всего, ни при чем!

– Но такое совпадение? Вместе лежали и вместе погибли.

– Не вместе, а, во-первых, с разницей в два месяца, – заметил Крячко, – а во-вторых, их убили разными способами: одну задушили, другой сломали шею.

– Эксперты говорят, что сломать шею не так-то просто. Одной получилось, второй нет, так что пришлось просто задушить. И обе были беременны… Нет, Стас, я чувствую, что их смерти связаны, но вот чем? Надеюсь, что эксперты помогут. У Метелицына есть распечатка звонков с телефона Ксении. Нужно будет ее тщательно изучить и еще раз проверить все вызовы.

– Слушай, Лева… – задумчиво произнес Крячко. – А эта Ксения не была ли случайно беременна от Стасика?

– От Ярко? С чего ты взял? – удивился Гуров.