Свидетель, не увидевший свет

И вообще, он не уверен, что ее номер у него сохранился, ведь она уже месяца три как не появлялась среди готов.

– Так, может, она и по тому адресу уже не жила? – протянул Орлов.

– Может быть. Вот через час я это и выясню. Пока все. – Гуров поднялся. – Так что, Стас, придется тебе искать на ощупь, – с сочувствием проговорил он и вышел из кабинета.

В Новогиреево Лев приехал, когда было без четверти три. Позвонив в домофон, он услышал хрипловатый женский голос:

– Да!

– Полковник Гуров, Главное управление МВД.

Женщина молча нажала на кнопку, и Гуров прошел в подъезд. Квартира пятьдесят располагалась на пятом этаже, куда пришлось подниматься пешком, ибо этот этаж был последним, а пятиэтажки, как известно, лифтами не оснащены.

Дверь была простенькая, старенькая, деревянная. Собственно, Лев и не рассчитывал, что Вика Карева будет снимать престижное жилье с дорогим ремонтом. Он надавил на бледно-желтую кнопку звонка, после чего услышал тот же вопрос:

– Кто?

– Полковник Гуров! – удивляясь бестолковости хозяйки, повторил он, и только после этого она открыла дверь.

В лицо полковнику уставились недоверчиво прищуренные темные глаза. Они буквально просверлили его, а также его удостоверение, которое он предусмотрительно достал и держал в раскрытом виде, после чего женщина произнесла:

– Ну проходите. А то тут целый день ходят – то Интернет предлагают провести, то окна ставить, то двери… Надоели, сил нет!

– А вы разве здесь живете? – спросил Гуров, проходя в тесную прихожую, места в которой почти не было еще и из-за того, что в нее был втиснут старый громоздкий шкаф темной полировки.

– Сейчас нет, но раньше-то жила! Да мне и за сегодня уже хватило! Пока вас тут дожидаюсь, раза четыре в дверь позвонили! То почта, то беспроводной Интернет. Тьфу! – в сердцах сплюнула хозяйка.

Тамара Львовна Тимофеева выглядела соответственно своему возрасту, при этом она была худощавой и прямой как палка. Крашенные в рыжеватый цвет жиденькие волосы были собраны в пучок на затылке, небольшие хитрые глазки смотрели с прищуром.

Он прошел в комнату и осмотрелся, куда бы присесть.