Свидетель, не увидевший свет

– Так, ладно, Стас, работаем дальше. Значит, женщину могли сюда привезти на машине. Эй, народ! – крикнул Гуров экспертам, исследующим местность. – Следов шин нет?

– Конкретно здесь – нет, – сообщил один из них. – А вообще на подъезде к пляжу их должно быть полно. Вам все снимать?

– Не надо, – вздохнул Лев. – Бесполезно это. Сюда народу приезжает уйма, мы завязнем проверять все автомобили, если приступим к расследованию с этого конца. Нужно искать другой путь…

– То есть устанавливать личность убитой! – подхватил Крячко.

– Это было бы вообще прекрасно, только я не представляю, как это сделать быстро.

– Проверим архив «потеряшек»! – бодро предложил Стас.

– Это само собой, – кивнул Лев. – Нужно попытаться восстановить лицо по костям черепа."

"– А это к нашему сложнохарактерному эксперту просьба, – мотнул головой в сторону Козлова Крячко. – Это уж точно по его части! И пусть не визжит, что мы ему чужую работу поручаем!

– Антропологическую реконструкцию я сделаю, – отозвался Козлов, услышав последнюю фразу.

– Ну-ка, ну-ка, – оживился Гуров. – Говори, Николай Сергеевич!

– Да я уже по сути все сказал. Можете сами взглянуть.

Козлов перевернул тело, и Лев увидел расплывшийся рисунок, выполненный черной тушью. Когда-то контур был четким, сейчас же выглядел несколько расплывчато.

– Ничего не понимаю, – признался он. – Что это такое?

– Это готический шрифт, – пояснил Козлов. – Я с такими «татушками» уже сталкивался. Обычно их делают те, кто причисляет себя к готам. Слышали о такой субкультуре?

– Обижаешь, – ответил Гуров. – Значит, возможно, она – гот… А что означает эта надпись?

– Гуров, Гуров! – укоризненно проговорил Козлов.

– Спасибо, Коля, – поблагодарил Лев и повернулся к Крячко: – Нужно будет пройтись по салонам, где делают татуировки.

– Вот видишь, старлей! – назидательно обратился тот к лейтенанту, который уже закончил составлять протокол. – Круг поисков расширяется.