Сильнее ветра

Я недовольно поджала губы, крепче стискивая пальцами корпус гаджета.

– Эмили, ты слышишь меня?

– Что тебе нужно?

– Твоего отца арестовали. У нас нет денег внести залог.

Удивительно, но я даже не хотела знать, за что ему так не повезло.

– Продайте машины, дом. Для чего ты звонишь мне? У меня нет денег.

– Если бы ты не вычеркнула нас из жизни, то знала бы, что дом мы давно продали, – сдержанно выговорила она, хотя в интонации уже просвечивалась знакомая отрава.

Серьёзно? Настолько всё плохо? Стоит ли мне разобраться в этом дерьме? Конечно, нет.

– Позвони Стиву, – бросила она команду, словно я её послушная собака, виляющая хвостом и с нетерпением ожидающая распоряжений любимой хозяйки. – Попроси его защищать отца в суде.

– А почему ты сама его не попросишь об этом?

Она молчала.

– Он тебе отказал?

Снова молчание.

– Я не буду этого делать.

– Не будешь? – прошипела Оливия, мгновенно являя наружу всю свою гадкую сущность. – Тебе напомнить, почему мы оказались в такой ситуации?

– Не понимаю и не хочу понимать о чём ты говоришь.

– Ты неблагодарная! – заорала она в трубку, и я отодвинула телефон подальше от уха. Вдруг это заразно! – Мы дали тебе всё в этой жизни! А ты не хочешь помочь отцу?! Родному отцу?! Это всё из-за тебя! По твоей вине он оказался там! И ты должна это исправить!

– НЕТ!

И это «нет» напомнило мне одного невероятно упрямого боксёра.

– Какая же ты дрянь, Эмили! Надо было тебя ещё в утробе…

Я скинула звонок, не желая слышать все те помои, которыми Оливия могла поливать меня бесконечную вечность.

Быстро заблокировав номер, чтобы она не смогла мне перезвонить и по новой отравить жизнь, я несколько минут пялилась на заставку экрана, с которого на меня смотрел улыбающийся Эйден.

"Это фото было сделано ранним утром. Он взъерошенный и заспанный валялся на кровати, а я принесла ему завтрак. Впервые в тот день у меня подгорели тосты, и он смешно морщил нос и жаловался на невкусную еду, за что и получил подушкой по лицу.

Я поймала его в кадр позже. После несостоявшегося завтрака, переросшего в тягучий секс.