Сильнее ветра

Солёные от океанского бриза губы накрыли мои и безнаказанно двинулись вниз, оголяя каждый нерв дрожащего от возбуждения тела. Оставляя вязкий, с оттенком красного след желания, они поползли вдоль шеи, спустились на грудь и через ткань футболки приласкали вершинку тугого соска. Обхватывали, сжимали, зализывали и так по кругу, пока в моей голове, словно огромным пушистым облаком, не разбухла сахарная вата. Большая, воздушная, закрывающая обзор на всё, кроме смертельной необходимости потеряться в чужой коже. Достичь кульминации.

Тёплая ладонь скользнула на внутреннюю поверхность бедра и, медленно проехавшись вдоль кромки шорт, без лишних прелюдий накрыла самое чувствительное место, скрытое двумя слоями одежды.

– Эйден, – выдохнула я, запрокидывая голову назад и растворяясь в ночной притягательности звёздного неба. – Нас увидят, прекрати. – И в противоположность своей просьбе запустила руку в его мягкие волосы, привлекла ближе и плавно двинула бёдрами, ощущая, как быстро твердеет под ягодицами его член.

Рассудок заволокло дымкой удовольствия, а внизу стало жарко и мокро. Мне хотелось большего, но он, словно почувствовав стремительное приближение точки невозврата, аккуратно отстранился и обворожительно улыбнулся.

Одна улыбка… И полмира в хлам.

Мне казалось, его нужно фотографировать прямо сейчас, и это фото будет стоить миллион долларов.

– Как скажешь, Мили, – елейно обронил он, пересаживая меня на плед и заботливо поправляя футболку, будто не он только что был замешан в бесстыдно похотливом совращении меня.

Ну прям дивный херувим.

Неудовлетворённая столь быстрой сменой общего настроения я сканировала его возмущённым взглядом. Понимала, что тут не место для занятий сексом и всё равно раздражалась из-за незавершённости процесса.

А у него вообще не наблюдалось никаких проблем. Он расслабленно пил с горла вино и не испытывал дискомфорта по поводу явно топорщащихся шорт. Мне это надоело. С прямой угрозой во взгляде я выдернула у него из рук бутылку и присосалась к горлышку, чувствуя, как стенки пересохшего от новостей и эротического стресса горла буквально вопят в знак благодарности.

Присосалась к бутылке, а хотелось бы к нему.

Его поцелуи тоже опьяняли. Но не так, как вино.

Круче. Сильнее. Мощнее. До взрыва галактик.

– Я не хочу звать своих родителей на свадьбу, – отлипая от алкогольной отравы, выдала я.

– Я не буду настаивать на этих пригласительных. На одном уж точно, – пожав плечами, усмехнулся Эйден и отобрал обратно бутылку.