Связанные судьбой

Он смотрел в сторону, дышал очень медленно, явно сдерживая гнев.

– Я знаю, чего ты хочешь. И с самого начала сказал, что не смогу дать тебе это."

"– Значит, мы с тобой стоим друг друга. Потому что наверняка есть женщины, которые больше подходят для того, чтобы любить тебя. Но я уже полюбила. – Шарлотта дотронулась до его груди. – Ты мне сказал – все, поздно! Я у тебя в голове, под кожей, в твоей крови. Меня уже не вырвать из твоего сердца.

– Ты должна понять. В моей жизни нет места для неопределенности, я лишен права на ошибку.

– А если я скажу, что понимаю все риски, но все равно хочу воспользоваться шансом?

– Это ничего не изменит. Эти стены, как ты их называешь… Они стали неотъемлемой частью меня. Они крепкие словно сталь. – Он поднял руку к ее лицу и большим пальцем провел по нижней губе. – Даже если бы мне захотелось, я не знаю, как их разрушить.

– Я знаю, – тихо сказала Шарлотта.

Пирс начал что-то говорить, она не стала слушать: притянула его к себе и крепко поцеловала в губы.

Сначала он попытался отстраниться, но Шарлотта не позволила. Наверное, это было нечестно: использовать его желание против него же, – но другим оружием она не владела. Это была осада, цель которой – его сердце. Шарлотта использовала любую возможность, которая была под рукой.

Она поцеловала его. Сурово сжатый рот смягчился. А потом сама проскользнула кончиком языка между его губ.

Взять на себя ведущую роль – новый опыт. Ей понравилось. Ей очень это понравилось!

Беспомощно вздохнув, Шарлотта провела руками вниз, вдоль его спины, потом отважно погладила голые плечи и грудь.

– Ты совершенство. Такой красивый, куда ни взгляни! – Она поцеловала его в грудь с левой стороны. – И там, внутри, ты тоже прекрасен.

Пирс предостерегающе заворчал:

– Шарлотта…

– Да? – спросила она невинно.

По тому, как он жадно разглядывал ее тело, Шарлотта поняла, что одержала победу: сейчас он сдастся, – и сделала еще шаг назад, потом еще…

Пирс пошел за ней, словно привязанный невидимой нитью.

Почувствовав, что упирается в матрац, она опустилась на кровать. Его взгляд не отрывался от обнаженных грудей.