Связанные судьбой

Потом вернулся к Шарлотте, лежавшей на кровати, и положил прохладную ткань ей на лоб и шею.

Она пошевелилась, и его сердце учащенно забилось в надежде.

– Не уходи, Шарлотта.

Пирс словно услышал ее насмешливый ответ: «Терпеть не могу, когда мне указывают, что делать».

– Не бросай меня, Шарлотта. Ты слышишь? Ты не можешь оставить меня. Я тебе запрещаю.

Он не выпускал ее из рук и считал каждый тихий прерывистый вдох. Улучив секунду, быстро оглядел комнату. Увидел на столике поднос с завтраком. Нетронутый, на первый взгляд.

…Зеленая веточка зловещего вида.

Он сразу понял, что это такое. Аконит! Один из самых смертельных видов паслена. Его можно даже не глотать. Простое прикосновение к коже уже заканчивалось фатально.

Значит, у Шарлотты не приступ болезни. Ее отравили!

– Которой рукой? – требовательно спросил он. – Шарлотта, ты должна прийти в себя. Какой рукой ты коснулась его?

У нее затрепетали ресницы, взгляд остановился на правой руке.

Пирс развернул ее ладонь вверх. Господи! Ладонь была в ссадинах, которые остались от конского повода после той безумной скачки днем раньше. Это же как открытая дверь – яд прямиком поступил в организм.

Он снял кувшин с умывальника и стал лить оставшуюся в нем воду на ее правую руку. Вода стекала вдоль предплечья, на кисть, на ладонь, потом лилась на пол.

– Ридли! – крикнул он.

Тот уже стоял в дверях, тяжело дыша после бега по лестницам вниз и вверх.

– За доктором уже послали.

– Мы не можем ждать.

– Да, милорд.

Свой галстук Пирс использовал в качестве жгута, крепко наложив его ей на правую руку немного выше локтя. Шарлотта тихонько застонала, когда он крепко затянул узел. Пирс не обратил на это внимания. Теперь у него не осталось времени на эмоции, не было места сомнениям. Его первая цель – сделать все возможное, чтобы Шарлотта выжила. Вторая – найти того, кто это сделал, и заставить заплатить.

Глава 19

Временами Шарлотта приходила в себя, потом снова теряла сознание. По ее ощущениям, так прошло несколько дней. Но вне зависимости от того, какое было время суток – ясный день или темная ночь, – когда она открывала глаза, мать всегда находилась рядом: прикладывала прохладный компресс ко лбу либо кормила с ложечки говяжьим бульоном.

Когда Шарлотте стало лучше и она смогла сесть, мать помогла ей умыться и сменить ночную рубашку.