Свет мой тишина

– По-прежнему считаешь это случайностью? Права на имя Амины Руслановны, студенческий Аи Салих, которая знакома с некой Айзой, донором крови. И все эти документы найдены в вещах девушки со значком почетного донора на груди, которую достали из озера.

– Это действительно может быть Айза, – кивнул Марич.

Я выдохнула – кажется, мы на правильном пути, однако радоваться было еще не время.

– Ты слышал что-то новое о том трупе, после того как нашли Алину?

– Интересовался, – кивнул Марич. – Личность ее по-прежнему не установлена.

Камеры в поселке проверили – ни одной записи с прошлого года не сохранилось, чего и следовало ожидать.

– Жаль.

– Как ты собираешься выстроить разговор с Лейлой? Просто спросишь, что она знает об Айзе?

– Есть идеи лучше?

– Как считаешь, почему среди вещей нашей утопленницы мы нашли три документа на разные имена, при этом ни одного с именем Айза?

– Вероятно, у нее были причины скрывать свою личность."

"– И почему ты думаешь, что в этом случае Лейла будет откровенничать с девушкой, которую увидит сегодня впервые?

– Надеюсь на лучшее, – обронила я.

 – Что ты предлагаешь?

– Просто размышляю. Если в прошлом году в нашем городе появился Умаев собственной персоной, вероятно, он приложил все возможные усилия, чтобы разыскать дочь и тех, кто виновен в ее исчезновении.

– Почему грозные против нашего интереса к этому делу?

– Вероятно, то, что Умаев успел узнать, ему не понравилось.

– По-твоему, он знаком с убийцей?

– Я лишь предполагаю.

– Это, по крайней мере, объясняет, почему грозные умолчали о его визите.

Ну и все остальное, – уклончиво произнесла я, не желая напоминать Маричу о гараже.

– Вот что, – Марич хлопнул рукой по столу. – Используй ту же легенду, что в разговоре с Диной. Познакомилась с девушкой, она назвалась Айзой, потом пропала. Недавно в городе обнаружили труп, ты боишься, что это может быть она. Пытаешься найти кого-то, кто был с ней знаком и мог бы ее опознать, чтобы похоронить по-человечески.

– Рабочая легенда, – согласилась я.

До назначенного для встречи времени оставалось чуть больше часа.

Я предложила Владану отправиться до Бауманской пешком, и он неожиданно согласился. Мы вышли из ресторана. На улице поднялся сильный ветер. Я хотела предложить-таки сесть в такси, но в последний момент передумала и промолчала.

Я держала Марича под руку, и мы шли по шумным улицам Москвы в самый разгар дня. Вокруг бурлила жизнь. Прохожие куда-то спешили, лица их были по-осеннему хмурыми. Мы же никуда не торопились.