Свет мой тишина

Так всегда было. Но стоит чему-то случиться, понадобится что – связи, деньги, домработница опять же – сразу к нам бежит.

– Мне казалось, вы сами предложили Нефедовым кандидатуру Алины, так как привыкли часто менять помощниц по хозяйству.

– Так и было, – после небольшой паузы сообщил он. – После исчезновения Алины Оля, кажется, снова обратилась к нам. Поделились одной, поделимся и второй. Так, должно быть, она думала.

Денис допил остатки игристого, и через пару секунд возле журнального столика возникла Манечка и пополнила бокал Сидорова.

– Так вот, – продолжил он, сделав глоток из своего бокала, – теперь, когда вы упомянули, что подозреваете женщину в причастности к смерти Алины, я кое-что вспомнил.

Он наклонился, поставил бокал на стол и замолчал, глядя куда-то в сторону.

– Денис?

– Да, извините, вспоминаю детали… Просто раньше я совсем не задумывался над этим, а теперь… В общем, скажу как есть. Перед исчезновением Алины Ольга начала жаловаться Елене на конфликты с домработницей.

– Только вашей супруге или вам обоим?

– Ей, но у Леночки от меня никогда не было секретов.

– И в чем была причина конфликтов? – уточнила я.

– Думаю, что она начала догадываться, что отношения ее мужа с домработницей вышли за рамки рабочих, скажем так…

– Петр спал с Алиной?

– Свечку я не держал…

– Вы сказали, начала догадываться, будто вам это известно как факт.

Денис взял бокал в руки, сделал пару глотков, потом достал из кармана телефон и сказал, посмотрев на экран:

– Совсем забыл, через пятнадцать минут я должен быть на встрече в центре города. Прошу меня извинить…

Он вскочил с места и уставился на входную дверь.

– Разумеется, – я поднялась с дивана.

– Полина, вы можете спокойно допить шампанское, необязательно срываться с места вслед за мной.

"Денис направился к выходу, оставив меня в гостиной в полном недоумении. Прежде чем я успела что-либо осмыслить, в помещении появилась домработница. Очень хотелось воспользоваться ситуацией и задать ей пару вопросов о хозяине дома, но Манечка всем своим видом излучала полную безучастность ко всему, что происходит вокруг. Если дело не касалось ее прямых обязанностей, разумеется.