Свет мой тишина

Особенно если ожидаешь любого подвоха от жены, а отношения у них, должно быть, не самые простые.

– Час от часу не легче, – вздохнула я.

– Это ты еще не все новости знаешь, – обрадовал Марич.

– Что случилось? – внутри у меня все заледенело.

– Если и случилось, то довольно давно.

– Не томи.

– Сегодня узнал кое-что о результатах вскрытия Алины. На момент смерти она была беременна.

– Вот как, – я оторопела.

– Да, десять-двенадцать недель.

Я встала из-за стола и подошла к окну. Приоткрыла створку, почувствовав внезапно нахлынувшую духоту.

На минуту я будто ощутила всю боль и отчаяние Алины в последние секунды ее короткой жизни…

– Ты в порядке? – спросил Марич, спустя пару минут.

– Как убийца… как он мог?

– Ей нанесли три удара в живот, – со вздохом уточнил Серб.

– Значит, преступник знал о ребенке.

– Вероятнее всего.

– И однозначно стремился убить не столько мать, сколько дитя.

– Похоже на то.

– Как это может помочь нам в расследовании? Что у Ольги, что у Петра был мотив избавиться от ребенка, которого вынашивала домработница.

– Еще какой, – согласился Марич.

– Неприятное складывается впечатление, будто мы упустили что-то очень важное. А что, если ребенок – внук Нефедовых?

– То есть его отец – Алекс?

– Ну да. Приезжает домой на каникулы, а родители к этому моменту обзавелись хорошенькой домработницей примерно его возраста. А он весь такой холеный, только что из-за границы.

– Хочешь сказать, Алина легко на него повелась?

– Конечно, тем более что они круглосуточно находились в одном доме.

Нефедовы, занятые работой, могли на тот момент и не замечать ничего подозрительного. Потом Алекс уезжает на неопределенный срок, а Алина узнает, что ждет ребенка.

– И сообщает об этом работодателям? Сомнительно.

– Сначала она сообщила бы самому Алексу, но тот мог испугаться и откреститься от ребенка. Заявить, к примеру, что не знает, чем и с кем Алина там занималась без него. Это самое очевидное оправдание, когда находишься за тысячи километров.

– Тогда она решает идти ва-банк и рассказать обо всем его родителям?

– Да, вот тут встает главный вопрос: кому из них она решает довериться? Вряд ли она собирает семейный совет, а значит, перед ней встает выбор.

Ольга – холодная и подчеркнуто деловая, но все-таки женщина, мать, или благосклонно настроенный Петр, всегда готовый поддержать разговор. Однако все-таки не просто мужчина, но и отец того, кто так хладнокровно отрекся от ребенка.

– И что же она выбирает? – Марич почесал висок в задумчивости.

– Аборт.