Сварогов

""Да не бойтесь! Вы мужчина!

Ведь не больно же совсем!""

Ручки лоб ему нажали,

Давят... раз, два, три, -- и хлоп!

Нина рожки из эмали

Ловко вставила на лоб!

XVIII

-- Рожки щеткою зубною

Надо чистить, порошком,

И следить за чистотою!

С гигиеной я знаком! --

Бредил он, -- в рогах к обеду

Выйду завтра, буду мил...

Фу, нелепый сон! От бреду

Он очнулся и вскочил.

-- Нет! Традиции нахала

Уважать заставлю я!

Здесь семья! Здесь крови мало!

Имя, честь, жена моя!..

На барьер! -- И он в халате,

В туфлях, в белом колпаке

Отыскал оружье рати

И рапиру сжал в руке.

XIX

Терц и карт! И выпадая,

Раздвигая ноги врозь,

Он от края и до края

Пуховик проткнул насквозь.

Всюду сыпались удары,

Точно молнии и град.

Он пронзил тюфяк свой старый,

Одеял, подушек ряд.

""Finis!.."" Пух летел... Весь бледный

Перевел он еле дух,

В позе став весьма победной, --

Глaдиaтop и петух.

-- Петр Ильич! Пора! Готовы? --

В дверь раздался легкий стук.

И, услышав зов суровый,

Меч он выронил из рук.

XX

-- А, войдите! -- Не одеты? --

Секундант явился в дверь.

Доктор ждет вас у кареты!

Поглядите -- свет теперь! --

На окне по занавескам

Луч скользил туманно-бел...

И при слове ""доктор"" резком

Петр Ильич вдруг оробел.

Всей опасности дуэли

Раньше не предвидел он,

А теперь в глаза глядели

Кровь, и смерть, и вечный сон.

Операции опасной

Страшный вспомнил он момент:

Перед ним вставали ясно

Нож, хирург и ассистент.

XXI

Но теперь страшнее было.

Не ланцет был -- жало шпаг,

Медицинское светило

Заменял убийца, враг!

Ассистент стал секундантом,

Шла не о здоровье речь.

Вивисекторским талантом

Обладал дуэльный меч!

Петр Ильич слыхал, как в тело

Сталь впилась... боль, кровь во рту...

Бледный весь, оторопело

На кровать он сел в поту.

-- Петр Ильич! Что с вами, милый?

Секундант вскричал, взглянув:

Или изменяют силы?

Доктора, воды вам? -- Уф!

XXII

-- Да отложимте! Ну скажем,

Что больны вы? Есть предлог! --

Петр Ильич вздохнул. Куражом

Он похвастаться не мог.

Все же овладев собою,

""Долг священен!"" - он сказал

И готовиться ста к бою:

Рукомойник свой нажал,

Осмотрительно подтяжки

Пристегнул у серых брюк,

Вставил запонки рубашки

И, кряхтя, надел сюртук.

-- Я готов! - он величаво

Произнес и шляпу взял.

-- Вы совсем Онегин, право,

Хладнокровья идеал!

ХIII

-- Я сейчас! - и он в передней,

Встав на цыпочки, исчез.

Тихо в комнате соседней,

Над постелью - занавес...

Нина сон вкушает кроткий,

Дездемоны чистый сон.