Суженые из другой галактики. Отбор для землянки

— Ты прекрасна, — прошептал он, и в его голосе звучала та самая теплота, которая всегда заставляла меня таять.

Лейвир, не говоря ни слова, просто обнял меня сзади, его губы коснулись плеча, а дыхание обожгло кожу.

— Я соскучился, — пробормотал он, и его низкий голос заставил мурашки пробежать по спине.

Дейвин, как всегда, был самым дерзким — подхватил меня на руки, закружил и поцеловал так, что у меня перехватило дыхание.

— Моя очередь, — усмехнулся он, игриво покусывая мою нижнюю губу.

Сейзар стоял немного в стороне, но его холодные синие глаза смягчились.

— Ты сияешь, — прошептал он, и его губы коснулись моих в поцелуе, который был одновременно нежным и обещающим.

Я рассмеялась, чувствуя, как щеки горят.

— Вы сегодня какие-то.

Кайс притворно округлил глаза:

— А что такое? Разве что-то происходит? Не знаю...

— Ты нас всех сдал, Кайс, — рассмеялся Дейвин, скрестив руки на груди. — Лучше бы ты ничего не говорил.

— Вы сдали себя давно своими лицами, — усмехнулась я, подбирая с тарелки какой-то овощ — продолговатый, с фиолетовыми прожилками, название которого я все никак не могла запомнить.

— Ладно, — Атиш сел рядом, его губы коснулись моего виска.

— Я в предвкушении, — прошептала я, чувствуя, как внутри загорается любопытство.

Обед прошел в теплой, семейной атмосфере. Теперь нас было семеро — шестеро мужей и я. И каждый из них занимал свое, особенное место в моем сердце.

Через час мы уже садились в наш новый корабль — почти такой же, как предыдущий, но чуть больше, с усовершенствованной системой защиты и... каютой для детей. Мое сердце дрогнуло. Каюта для детей. У нас будут дети. До сих пор не верилось.

Мы медленно поднялись в небо, оставляя позади зеленые холмы и серебристые реки. Летели до самого вечера, и когда небо окрасилось в переливы пурпурного и золотого, словно кто-то разлил по горизонту жидкий аметист и расплавленное солнце, корабль мягко опустился на поляну, окруженную высокими деревьями с серебристой листвой.

Я вышла первой, вдохнув воздух, наполненный ароматом цветущих кустов и свежескошенной травы. И замерла. Передо мной стоял дом.