Суженая из академии Рубенхолл

 — Если бы ты выдала государственную тайну, рассказала всем о том, что переспала с первым встречным мужчиной или поведала, что тебя в пути застало несварение желудка и ты не успела добежать до уборной… Хотя из-за двух последних вешаться тоже не стоит.

Регина подсела к ней и ласково погладила по спине:

— А ты рассказала о том, что способна любить, что у тебя есть это светлое и великое чувство.

— Тебе легко говорить, ты не влюблена, и не была никогда! — фыркнула подруга, но плакать не перестала.

— Почему не была? Была, — криво усмехнулась девушка.

— И? — слезы Тьяны моментально высохли, а в глазах колыхнулось любопытство. Она стерла тыльной стороной ладони влагу со щек и сказала:

— И кто этот счастливчик? И почему ты до сих пор не замужем?

Рига передернула плечами, но все же решила поделиться с подругой тем секретом, о котором не знал никто в мире. Она села прямо, прикрыла глаза и торопливо начала свой рассказ, словно боясь, что передумает делиться секретом:

— Замуж тогда было рано выходить. Это было за четыре года до начала войны.

Мне не исполнилось и 14 лет. Он приехал по делам в деревню и остановился в доме моих родителей. Я даже не знаю, как его зовут. Парень был уже взрослым по моим тогдашним меркам, ему точно стукнуло 18, иначе он один бы не путешествовал. Уже тогда длинные светлые волосы забирал в низкий хвост. Это мне казалось верхом совершенства. В наших краях так мужчины не ходили. Синие глаза смотрели с лукавым прищуром, а от его улыбки мне сносило крышу. И самое главное, он был выше меня ростом. Тебе не понять, насколько это может быть важным. Хотя с той поры я еще выросла и сейчас, возможно, он достает мне лишь до носа. Они с моим отцом в течение недели запирались в кабинете и решали какие-то дела. А вечерами вся окрестная молодежь собиралась у нас во дворе. Мы играли, пели, просто разговаривали. Я на правах хозяйки дома всегда сидела рядом с ним.

— И ты за неделю не узнала, как его зовут? — слезы на щеках подруги высохли окончательно. Глаза тоже просохли и лучились любопытством.

— Отец обращался к нему просто терр. А нам он сказал, чтобы называли его Торни. Он утверждал, что на каком-то древнем наречии это слово обозначает «Башня». То ли его действительно так звали, то ли это было прозвище. Я краснела как маков цвет, лишь только замечала его долговязую фигуру на горизонте, мое сердечко начинало биться как рыба в сети, а душа наполнялась настоящим ощущением счастья. И мне казалось, что парень отвечает взаимностью.