Струна времени. Военные истории

Вообще-то, если первое можно было принять как аксиому, со вторым пока что обстояло гораздо гуманнее. Да, сегодня не пытался ни о чем толковом расспрашивать – но толковый агент в жизни не станет на первом же свидании бухать напрямик: «А вот скажите, панна Катажина, какое у вашей группы задание?» Нет уж, толковый агент работает гораздо тоньше и лошадей не гонит…

Единственное, на что я решился, – сказал с непринужденным видом, даже шутливо:

– Сияешь, Катерина, как новенький рубль-целковый… Все нормально?

– Ага, – сказала она, мечтательно уставясь в прорезиненный потолок.

 – Погуляли, поговорили… Очень интересный человек.

– А что в нем такого интересного? – поинтересовался я, самым простецким видом.

– Да многое… – ответила она.

И замолчала. Ясно было, что подробностями делиться она не собиралась – понимала ситуацию, чертовка, не хуже моего, я ее сам многому учил. Быстро должна была прийти к тем же выводам, что и я только что: ее не на задание посылали, а, выражаясь старинным стилем, разрешили сходить на рандеву.

Так что не было смысла лезть к ней с подробными расспросами – подождать дальнейшего развития событий, и только. Если это обычный парень, ничего страшного. Если поддаться профессиональной подозрительности и допустить, что это все же чужой агент, которого к нам пытаются подвести, Катька сама доложит при первых признаках неблагополучия – все же не тот характер и выучка, чтобы из-за какого-то красавчика потерять голову напрочь…

Одним словом, следовало тихонько уходить – и ждать развития событий, момента, когда можно будет прийти к конкретным четким выводам…

– Вы меня завтра отпустите… в увольнительную, товарищ майор? – спросила она.

– Что, опять условились? – усмехнулся я.

Она на миг опустила ресницы:

– Ага… Если разрешите.

– Отпущу, – сказал я. – Если только стаканчик земляничной нальешь, пить хочется…

Лесной земляники тут летом была пропасть. Местные из нее давным-давно приноровились делать и наливку на водке, и совершенно безалкогольный напиток типа морса.

В числе прочего провианта Сидорчук с Томшиком выменяли и две приличные бутыли и с тем и с этим. Наливки мы с Ружицким употребили по стакану – хороша была, зараза! – а остальное я отнес ребятам наверх, они, по справедливости, все время получали долю от бурной деятельности «панов унтеров». А бутыль с «морсом» мы нетронутой отдали Кате – единственная девушка среди нас, иногда хочется чем-нибудь таким пора- довать…

– Уговор, товарищ майор? – спросила она радостно.