Стыдно не будет

Зато он никогда не обидит тебя, не предаст, будешь с ним как за стеной. А деньги… их заработать можно в любом возрасте, я всегда вам помогу всем, чем только смогу, — он говорит это, а я смотрю на спящего Рому, обнимающего подушку, и улыбаюсь. Я и так это знаю. — А за Романа держись, как же я рад, что ты бросила Сысоева, парень просто ни то, ни се.

— Я буду держаться, папа, но что-то мне не нравится твой тон.

— Это все Павел, умеет вывести из себя. Все, дочка, до встречи. Не опаздывай… сильно.

— Не буду, — совсем мне не нравится его тон и интонации.



Глава 30

Часть II

Мой парень — элита. Теперь я понимаю, о чем говорил отец и почему он всегда недолюбливал Кирилла. С Ромой все совершенно иначе, наши с ним отношения — серьезнее некуда.

Что я знаю о СОБРах? Их чуть больше пяти тысяч на всю Россию, и это действительно уникальные люди. Так просто, по объявлению из hh, в отряд не попасть. Отбор жесточайший, в большинстве случаев — из своих или по рекомендации.

Обязательно наличие высшего образования (у Ромы — юридическое), помимо вышки приветствуются нетривиальные успехи в спорте: многие из парней мастера или кмс. Рома — мастер спорта по альпинизму, он спец в высотной подготовке. Его заприметили еще в армии после универа, отчасти благодаря отцу — знакомая фамилия, отчасти потому что и сам подавал надежды. Год прослужил в ОМОНе, затем освободилось место в отряде и его пригласили пройти испытания.

В отряде быстрого реагирования ценится острый ум, сила, скорость, идеальное здоровье, и еще много раз — ум.

А также определенная жизненная позиция. Порядочность. Стабильная психика.

Из минусов — минимум дважды в год у них обязательные командировки. Это и учения, и работа. В слово «работа» СОБРы вкладывают несколько иной смысл, чем привыкла, например, я. Если Рома говорит, что «работал», значит, был именно выезд. В остальных случаях — он тренировал, тренировался.

Зачастую командировки планируются задолго, но иногда бывает, что дергают внезапно.

Когда в первый раз его отправили в соседний город на три дня, я, ничего не подозревая, сидела на одном из скучнейших совещаний в своей жизни, которое перенесли с пятницы. Отец увлекся и пустился в дебри о том, как он начинал много лет назад, мы вежливо слушали, украдкой поглядывая на часы, — у него бывает. А когда собрание закончилось, я обнаружила в телефоне четыре(!) пропущенных от Демина.