Стыдно не будет

— Да ты чего, Яна, не оправдывайся, это же замечательно, что родители помогают. Так и должно быть.

— А у тебя где живут родные? Я поняла, что ты местный.

— У меня только мама, она в районе Свободного. И сестра, но она осенью замуж вышла и перебралась на самый север. А моя квартира недалеко от твоей работы, я уже говорил.

— Значит, альпинист. Инструктор по альпинизму. Это многое объясняет.

— Это типа такой комплимент? Или подкол, но я не улавливаю в чем.

— Комплимент. Мне нужно собираться, ты пока делай что захочешь.

Выходить через десять минут.

— Спасибо за кофе, но я пойду пока откопаю и прогрею машину, давай ключи. Какие у тебя планы на вечер?

— Никаких.

— Мне кажется, ты волнуешься. Не стоит, все отлично. Или твой папа тебе про меня что-то сказал?

— Нет, наоборот. Я правда рада, что ты пришел. Даже, наверное, слишком сильно рада, — я подхожу к нему вплотную, опираюсь на стол и провожу ладонью по его колючей щеке. Он тут же забирает меня к себе на колени, и я прижимаюсь к его груди, кладу голову на плечо.

Еще сонная, немного растрепанная, в домашнем комплекте одежды. Нам вдруг становится слишком уютно сидеть вдвоем в моей кухне для тех людей, кто знает друг друга меньше недели.

— Со мной очень сложно, Яна, — говорит он мне осторожно. — Моя бывшая жена не выдержала, сбежала, и не зря. Я серьезно говорю. Не хочу, чтобы ты страдала, а это возможно, если мы продолжим в том же духе.

— Зачем ты тогда ко мне ездишь? Я думала, тебе хорошо со мной.

— Мне хорошо.

Еще как хорошо. Но ты потом можешь пожалеть, — он хмыкает: — Любая пожалеет.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Я не любая.

— Я это уже понял. Ладно, я пошел. Давай ключи и одевайся.

— Щетка в багажнике.

— У меня есть своя, ага.

Сегодня у инструктора по альпинизму загадочное настроение. Едва я успеваю переодеться в офисный наряд, а сегодня это платье и пиджак, как трезвонит сотовый. Отец.

— Привет! Вы уже в аэропорту? — спрашиваю взволнованно.

Мы не договаривались созвониться так рано, вчера вроде бы все обговорили и попрощались.

— Привет, дочка. Да, подъезжаем. Скажи мне, пожалуйста, как полностью зовут твоего Романа. Фамилию, отчество и дату рождения, если можно.

— Папа! — от возмущения у меня едва не пропадает дар речи.

— Давай-давай, надо кое-что проверить.

— Папа, не вздумай! Это… это не твое дело! Он мой друг, — делаю ударение на слове «мой».