Стрела (Плененный любовью с исправлениями)

Пип! Мальчишка потянулся за ножом, но Грегор наступил ему на запястье, прежде чем он смог схватить его. Наклонившись, он дернул парня вверх за воротник.

– Какого дьявола ты делаешь? Ты мог меня убить! Ты что, спятил?

Лицо Пипа злобно скривилось от беспомощной ярости.

– Я и хотел тебя убить! Я хочу, чтоб ты сдох.

– Мне жаль тебя разочаровывать, но придется тебе встать в очередь. Перед тобой бо́льшая часть английской армии. Я знаю, почему они хотят меня убить, но что я сделал, чтобы заслужить нож в спину от тебя?

– Ты не должен был на ней жениться! Ты должен был уехать! Я только хотел, чтоб ты уехал и не смог отослать меня.

Грегор отпустил его и отступил. Забурлившая от нападения кровь остыла. Позвоночник похолодел от дурного предчувствия. Мальчишка говорил бессвязно, но он как-то понял, что произошло.

– Это ты. Кейт не посылала за Джоном. Это был ты.

Пип кивнул, по его щекам заструились слезы.

– Я видел, как она выходила из твоей спальни тем утром, и видел, что она старается скрыть кровь на одежде.

Когда до него дошел полный смысл излияний мальчишки, Грегору понадобилось сесть. Он нашел камень и молча таращился на Пипа, чувствуя себя так, словно его только что ударили ножом в живот.

Кейт не подстраивала ему ловушку – это сделал мальчишка. Она ни в чем не виновата, а он назвал ее лгуньей. Он практически… черт, ему опять чуть не стало плохо от понимания, как близко он оказался к тому, чтобы совершить поступок, за который не имел бы права просить прощения.

– Ты хоть представляешь, что натворил? Что я натворил?

Пип смотрел на него неуверенно – он явно ожидал другой реакции.

– Что?

– Я люблю ее и, вероятно, уничтожил все шансы на счастье, которые у нас были.

Пип уставился на него как на ненормального.

– Ты ее любишь?

Грегор ничего не ответил. Он сосредоточился на главном. Он быстро нацепил оставшуюся одежду и пристегнул оружие.

– Он может еще тебе пригодиться. Если Кейт меня не простит, я позволю тебе воткнуть эту проклятую штуку мне прямо в сердце.

Пип вытаращился, но ничего не говорил всю обратную дорогу к башне.

Грегор и шагу не успел ступить в зал, когда брат преградил ему путь.

– Где ты был? Или мне не стоит знать?

Грегор стиснул зубы, проигнорировав вопрос.