Стигмалион

Я вспомнил это лицо – все его черты, вплоть до мельчайших пестринок на радужках глаз, вплоть до последней веснушки. Она повзрослела, восемь лет прошло, как-никак, с момента нашей первой и последней встречи. Она перестала быть ребенком. Больше не орала, не дерзила и не считала себя центром Вселенной. И волосы уже не торчали в разные стороны, а были уложены в длинное, идеально прямое каре. И лицо не было заляпано грязью. И что-то случилось с губами – они выглядели немного иначе: полнее и красивее, – но это точно была она.

Долорес чертова Макбрайд собственной персоной. Посреди моей гостиной. В кресле, которое я сам поставил в тот угол. Притопавшая на мою вечеринку. Натянувшая мою футболку. Дышащая моим воздухом, черт возьми.

Долорес Макбрайд.

Мой ночной кошмар.

Мой триггер.

* * *Я выставил ее на раз-два, как только понял, что это она. Не знаю, чья нелепая шутка привела ее сюда, но больше ее здесь не будет. Потом я вытащил на кухню Бекки и, глотая от одышки слова, спросил, какого черта Долорес Макбрайд делает в моей квартире.

– Долорес кто? – нахмурилась она.

– Психопатка, натравившая на меня свою псину, если так понятней.

– Боже. – Бекс прижала к груди руки и вытаращила на меня изумленные глаза. – Не может быть. Ты что-то напутал.

Я нервно рассмеялся."

"– Не-ет. Только не в этот раз. Это ты привела ее сюда? Зачем?!

– Мы познакомились сегодня днем у подъезда, я и подумать не могла, что это она! Может, ты все-таки ошибся? Давай найдем ее и прямо спросим… Где она?

– Я выставил ее к чертовой матери.

– То есть? Вильям… Блин… Мы взрослые люди… Нужно было спокойно поговорить.

– Спокойно поговорить? – переспросил я. – Ты серьезно? А о чем, прости?

– Я знаю, ты злишься…

– Злюсь? Ты понятия не имеешь, что со мной творится, Бекки.

– И что же? – пискнула она, глядя на меня с тоской и сожалением.

– Она – мой триггер. Меня накрывает паника, когда я вижу ее или слышу ее голос. Хочется сбежать, но сначала – впечатать ее лопатками в стену и заставить заткнуться. Только бы она больше не издавала ни звука!

Я потер ладонями лицо, потрясенный тем, что сказал.

– Вильям, – прошептала Бекки, обеспокоенно заглядывая мне в глаза – Может, стоит позвонить Линдхарду? Думаю, он консультирует и по телефону тоже.

– Он не скажет ничего нового, – возразил я, не слишком горя желанием возвращаться к психотерапии и снова названивать врачу. – Будет все то же самое, Бекс.