Стелларлун

— Но я никогда не сделаю другого… никогда больше, — напомнил ей Декс.

— Это не меняет того факта, что ты все еще знаешь, как это сделать, что подразумевают все эти пузыри. Это запись твоего важного открытия на случай, если оно когда-нибудь снова вступит в игру.

— Этого не случится, — заверил ее Декс.

— Возможно, не через тебя… но ты не единственный технопат в нашем мире, не так ли? Ты действительно думаешь, что у Невидимок нет кого-то, кто пытается построить его для них? И если это произойдет, кажется разумным убедиться, что мы никогда не забудем, что ты тоже можешь сделать это, согласен?

Декс стиснул зубы, но спорить не стал.

— Почему имя моего отца зачеркнуто?

Оралье наклонила голову.

— Э. Это было еще тогда, когда я пыталась выяснить, кто был частью «Черного Лебедя». Твой отец соответствует профилю…

— Почему? Потому что он бездарен? — влез Декс.

— Нет, потому что он известен тем, что выражает недовольство как Советом, так и нашими законами.

Софи и Декс переглянулись, и Софи не нужно было читать его мысли, чтобы понять, что он думает о том же, о чем и она.

Его отец не был частью Черного Лебедя, но его мама была.

— Почему у тебя есть линия, соединяющая Фэллона Васкера с Элизианом? — спросила Софи, меняя тему на что-то более безопасное — и гораздо более важное. Она подошла к самой широкой стене в комнате, чтобы изучить пузырь Фэллона, у которого были линии, соединяющие его почти со всеми другими пузырьками. — Значит ли это, что он знает, что это такое?

— Я не знаю, — призналась Оралье, подходя к Софи.

— Ты собираешься спросить его об этом? — спросила Софи.

— Нет, если только я не буду вынуждена. Его разум… это… ну… ты видела, каким он был на Трибунале Альвара.