Стелларлун

«Или ощущаешь любопытство? Забавно, как эти две эмоции похожи, не правда ли?»

«На самом деле, мне больше всего интересно, почему тебе вдруг так захотелось поделиться со мной своими секретами.»

«ЗАХОТЕЛОСЬ — неправильное слово. Но я ГОТОВ, потому что, как я продолжаю тебя уверять, мы на одной стороне. Я хочу защитить своего сына любым возможным способом. И я хочу остановить свою жену так же сильно, как и ты… может быть, даже больше, теперь, когда я знаю, как далеко она готова зайти».

«Как далеко это?»

«Убедись сама».

Путь расширился с приглашением… но его ум также обострился.

Может быть, от нетерпения?

Или чего-то более зловещего?

Невозможно было сказать наверняка… и Софи была уверена, что если бы Киф был там, он бы умолял ее не следовать жутким путем его отца в глубокий душевный мрак.

Но Кифа там не было.

И Софи нуждалась в ответах. Она не могла выбирать, кто ей их дал.

Поэтому она сделала долгий, успокаивающий вдох и собрала столько умственной энергии, сколько смогла собрать.

Затем позволила своему сознанию погрузиться во тьму.

Глава 4

— Ты в порядке, Блондиночка? — позвала Ро откуда-то издалека. — У тебя все время появляется эта маленькая складка беспокойства между бровями… и это заставляет Гигантора нервничать!

Софи не могла ответить.

Она едва могла думать.

Ее разум кружился, кружился, кружился, пока мысленный путь лорда Кассиуса нырял, сворачивал и раскачивался сквозь тени.

Желудок скрутило, а мозг запульсировал, и ей пришлось напомнить себе продолжать дышать, когда она сосредоточилась на сером ореоле вдалеке.

Шаг за шагом — поворот за поворотом — свет становился ближе.

И ярче.

И намного холоднее.

Она задрожала — зубы застучали — когда мысленная метель с ревом пробудилась к жизни, лед царапал, жалил и выбеливал мир.

«Прости», сказал ей лорд Кассиус, его голос был подобен шепоту призрака на ветру. «Я не знаю, как ослабить эту защиту. Я даже не знал, что они у меня есть, до сегодняшнего утра. Но предполагаю, что ты справишься».

«Да», заверила его Софи, бросаясь глубже в шторм, толкаясь, молотя и царапаясь, пока не врезалась в какой-то ледяной барьер.

Потом она падала, падала, падала.

Быстрее, быстрее, быстрее.

Сквозь туман.

И тень.

В… тепло.

Она погрузилась в блаженное тепло, изучая тусклое пространство, в котором приземлилась.

Оно казалось маленьким.

И тихим.

И знакомым.

Мысленный уголок… почти точно такой же, как тот, который она нашла в сознании Олдена.