Стеклянный дом

Всегда срабатывает – почему люди испытывают такое заведомое уважение к организации, призванной реализовывать монополию государства на насилие?

– О’кей, подождите две секунды, я здесь закончу.

Действительно, несколько мгновений спустя в трубке снова раздался его голос:

– Стало быть, вы из полиции.

– Я звоню по поводу организации кураторов.

– И… что?

Он произнес это медленно, словно сомневаясь, правильно ли расслышал. Полиция звонит по поводу организации кураторов, которая может ввести безвестного студента в сферы, о каких тот и не мечтал.

– Мы расследуем убийство Ребекки Тролле, а данная организация фигурирует в материалах следствия. Было бы здорово, если бы вы могли ответить на несколько вопросов.

– Хорошо. Хотя я не был тогда председателем студенческого совета.

– Но вы помните, что Ребекка участвовала в программе?

– Конечно. Я в этом котле варился с самого начала, – собственно, я и затеял всю систему с кураторами.

В голосе звучала гордость, отдававшая прямым самодовольством – не слишком приятное сочетание.

– У Ребекки куратором был Вальтер Лунд.

– Помню. Его многие хотели заполучить.

– Не странно ли, что Ребекке, учитывая ее специализацию, достался именно он? Похоже, она училась не для того, чтобы стать финансовым воротилой.

Фредрика изо всех сил старалась говорить нейтральным тоном, словно это интересовало ее лишь мимоходом.

– Тогда все было по-другому.

– И как?"

"– В тот год мы только создали эту организацию. По нашему замыслу, роль куратора должна была состоять в том, чтобы вдохновлять и поддерживать, вести по жизни, так сказать, в универсальном плане.

– Смело!

– И притом ерунда получилась. Все это совершенно не работало, потому что все рассуждали, как и вы.

– Но тогда Ребекки уже не было.

– Да. Но если бы она у нас еще числилась, то Вальтер Лунд точно не остался бы у нее в кураторах.

– Вы знали Ребекку?

– Знал, но не особенно близко. Мы виделись на встречах организации, обменивались иногда парой слов. Она была симпатичная.