Стеклянный дом

Младший инспектор рядом с Турбьерном вежливо кашлянул:

– Мы не нашли ни рук, ни головы.

Турбьерн что-то сердито пробурчал себе под нос.

– Похоже, захоронение старое. Надо прочесать все окрестности и проверить, нет ли поблизости других частей тела. Вызовите собак, копайте с осторожностью.

Он особо не ожидал, что голову или руки найдут, но хотел удостовериться. Дела такого рода всегда привлекают повышенный интерес СМИ, ошибок быть не должно.

Он снова обернулся к судмедэксперту:

– Как ты думаешь, сколько ей лет?

– Прямо сейчас могу сказать только, что она была молода.

– И на ней – ни лоскутка."

"– Нет, я не вижу следов истлевшей одежды.

– Убийство на сексуальной почве?

– Или убийца постарался, чтобы жертву не удалось идентифицировать.

– Да, может быть, и так. – Турбьерн задумчиво кивнул.

– Взгляни вот на это. – Судмедэксперт показал ему какой-то крошечный предмет.

– Что это?

– Пирсинг, был у нее в пупке.

– Ах ты черт!

Украшением служило малюсенькое серебряное колечко с табличкой. Турбьерн потер его о рукав куртки:

– Тут какие-то буквы.

Едва он произнес это слово, как украшение выскользнуло из его рук и опять скрылось в земле.

– Проклятье!

Вид у судмедэксперта был подавленный.

Турбьерн снова поднял украшение и сходил за пакетиком для хранения улик. Теперь, когда у них имеется эта штучка, установление личности погибшей не составит труда. Странно, что убийца, в остальном продемонстрировавший такую предусмотрительность, упустил столь важную деталь.

Тело с большой осторожностью положили на носилки, накрыли и унесли. Турбьерн остался на месте, чтобы сделать звонок.

– Алекс, – проговорил он в трубку, – прости, что так рано тебя беспокою, но я хотел предупредить об одном деле, которое гарантированно попадет тебе на стол.

Наступало время обеда. Строго говоря, Спенсер Лагергрен не испытывал голода, однако в час у него была назначена встреча, а сколько она продлится, он не знал и потому хотел успеть поесть перед дорогой.

В ресторане «Кунг Кроль» у Старой площади в Упсале ему подали курицу с рисом, а затем он быстрым шагом прошел по городу в сторону «Каролины Редидивы»[2], мимо величественного здания библиотеки и далее к Английскому парку, где располагались помещения кафедры литературоведения. Сколько раз доводилось ему проходить по этому маршруту? Иногда у него возникало ощущение, что он мог бы преодолеть этот путь с завязанными глазами.